нпз малыш цена– cccp-online.ru

нпз малыш цена

Нефтяников заставят поставлять долю добычи на отечественные нефтеперерабатывающие заводы

Смысл предложения специалистам пока неясен, но цены на сырье могут снизиться

15.08.2018 в 06:53, просмотров: 4042

СМИ узнали о намерении властей обязать нефтедобытчиков поставлять долю добычи на отечественные нефтеперерабатывающие заводы. Предложение исходит от кабинета министров. В чем его эффективность, специалисты пока не разобрались, но допустили вероятность снижения цен на сырье.

Как пишет в среду газета «Коммерсантъ», в российском кабмине обсуждается инициатива обязать нефтедобывающие компании поставлять на отечественные нефтеперерабатывающие заводы как минимум 17,5% от своей добычи. Издание ссылается на копию протокола июльского совещания у зампреда правительства Дмитрия Козака. Как говорится в документе, продумать предложение поручено Минэнерго, Минфину и Минэкономразвития.

Инициатива нанесет удар по независимым нефтедобытчикам. У таких предприятий нет своих заводов, занимающихся переработкой. Главным образом они реализуют добываемую нефть за рубежом. Также ряд частных нефтяных компаний имеют льготы по экспортной пошлине, пояснили изданию источники в отрасли.

По их словам, пока неясно, как будет реализована данная идея с точки зрения логистики, а также какова ее реальная эффективность для отрасли. В то же время собеседники издания допускают, что реализация инициативы может заметно снизить цену сырья.

© ЗАО “Редакция газеты “Московский Комсомолец” Электронное периодическое издание «MK.ru»

Зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор). Свидетельство Эл № ФС77-45245 Редакция – ЗАО “Редакция газеты “Московский Комсомолец”. Адрес редакции: 125993, г. Москва, ул. 1905 года, д. 7, стр. 1. Телефон: +7(495)609-44-44, +7(495)609-44-33 , e-mail info@mk.ru. Главный редактор и учредитель – П.Н. Гусев. Реклама третьих сторон

Все права на материалы, опубликованные на сайте www.mk.ru, принадлежат редакции и охраняются в соответствии с законодательством РФ.
Использование материалов, опубликованных на сайте www.mk.ru допускается только с письменного разрешения правообладателя и с обязательной прямой гиперссылкой на страницу, с которой материал заимствован. Гиперссылка должна размещаться непосредственно в тексте, воспроизводящем оригинальный материал mk.ru, до или после цитируемого блока.

Для читателей: в России признаны экстремистскими и запрещены организации «Национал-большевистская партия», «Свидетели Иеговы», «Армия воли народа», «Русский общенациональный союз», «Движение против нелегальной иммиграции», «Правый сектор», УНА-УНСО, УПА, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Мизантропик дивижн», «Меджлис крымскотатарского народа», движение «Артподготовка», общероссийская политическая партия «Воля».
Признаны террористическими и запрещены: «Движение Талибан», «Имарат Кавказ», «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), Джебхад-ан-Нусра, «АУМ Синрике», «Братья-мусульмане», «Аль-Каида в странах исламского Магриба».

В правительстве прорабатывается идея обязать нефтедобывающие компании поставлять на отечественные нефтеперерабатывающие заводы (НПЗ) не менее 17,5% от своей добычи. Об этом сообщает газета «Коммерсантъ» со ссылкой на копию протокола совещания у вице-премьера Дмитрия Козака, которое состоялось в июле. Проработать идею поручили Минэнерго, Минфину и Министерству экономического развития, следует из документа.

Сейчас подобных нормативов по поставкам на НПЗ нет. В прошлом году в России было добыто 546,8 млн т​ нефти и конденсата, из этого объема первичная переработка составила больше половины — 279,9 млн т, отмечает издание.

Кто выступил с данной инициативой и каковы ее цели, в протоколе не сказано, отмечает газета. Три источника издания в отрасли считают, что идея исходит от «Роснефти», которой принадлежат 13 крупных НПЗ (36% в первичной переработке нефти в России). По информации собеседников, госкомпания просит поддержать наименее эффективные заводы.

Собеседники газеты прогнозируют, что в случае если идея будет реализована, в основном она ударит по независимым нефтедобытчикам, которые не имеют заводов, продают свою нефть на экспорт и имеют льготы. Источники издания в отрасли не исключают, что введение обязательств по поставкам на НПЗ может существенно снизить цену сырья. В то же время реальная эффективность предложения неясна, отмечают они.

В Минэнерго изданию подтвердили, что вопрос прорабатывается. Представитель Дмитрия Козака сказал, что решений по нормативу нет. В ФАС пообещали позднее предоставить комментарий. В «Роснефти» и других крупных нефтекомпаниях от комментариев отказались, добавляет газета.

Предложение «Роснефти» подтвердили РБК источник в правительстве и федеральный чиновник. Смысла оно не имеет — добычные компании и так поставляют на рынок от 40% добытой нефти, говорит чиновник.

Гендиректор Ассоциации независимых нефтегазодобывающих организаций «АссоНефть» Елены Корзун сообщила, что ей неизвестно о предложении Сечина обязать нефтяные компании поставлять нефть на российские НПЗ. «У нас есть принцип равного доступа к экспортным трубопроводам, 40 процентов добываемой нефти идет на экспорт, 60% — на внутренний рынок. Причем последний год внутренний рынок был премиальным по сравнению с экспортом. Обычно решение, продавать на внутренний рынок или на экспорт. принимается в зависимости от размера нетбэка. На каком основании можно обязать частную коммерческую компанию продавать на внутренний рынок, если экономика будет менее выгодна? К тому же, у некоторых компаний, нефть, поставляемая на экспорт, закладывается под обеспечение кредитов.», — сказала она.

В 2017 году малые компании независимого сектора добыли 23 млн т нефти.

«Долгосрочное снижение цены нефти ниже уровня 2980 руб. за баррель (начиная с 2016 года и далее) может оказать существенное влияние на приведенные дисконтированные денежные потоки по сегменту «Переработка и сбыт» и, возможно, привести к обесценению гудвилла по данному сегменту», — говорится в отчете «Роснефти» за 2015 год по МСФО, опубликованном в четверг. Это означает, что при сохранении такого уровня цен на ближайшие несколько лет инвестиции в модернизацию НПЗ не окупятся, отмечает старший аналитик UBS Максим Мошков .

Сейчас нефть марки Urals торгуется по 2500 руб. за баррель ($37,3). Средняя цена Urals за 2015 год составила $51,4 за баррель (3,14 тыс. руб. по среднегодовому курсу), говорится в материалах «Роснефти».

Прибыль упала на треть

Чистая прибыль «Роснефти» в пересчете на доллары в 2015 году сократилась на 34,4% по сравнению с 2014 годом и составила $6,1 млрд. А выручка рухнула на 40,8%, до $86,9 млрд. А в рублях благодаря девальвации российской валюты прибыль выросла на 2%, до 355 млрд руб., а выручка сократилась лишь на 6,4%, до 5,15 трлн руб.

Во время телефонной конференции, посвященной отчетности, на вопрос о пороге рентабельности инвестиций в переработку вице-президент «Роснефти» по экономике и финансам Святослав Славинский заявил, что общая точка безубыточности для добычи и переработки составляет $10 за баррель, а отдельно про переработку говорить не стал. «Проекты «Роснефти» безубыточны при цене на нефть вплоть до $10 за баррель, при достижении такого уровня цен компания может начать корректировку сроков запуска проектов в добыче и переработке нефти. Если цена будет выше — компания продолжит генерировать прибыль», — заявил топ-менеджер.

В последние годы «Роснефть» сокращает затраты на НПЗ: в 2013 году капзатраты по этой статье составили 195 млрд руб., в 2014 году — 165 млрд руб., а в 2015-м — 108 млрд руб., говорится в материалах компании. Общий объем инвестиций госкомпании в этом году почти удвоится и достигнет около 1 трлн руб. Но Славинский не сказал, сколько из этой суммы будет потрачено на переработку.

В 2015 году капитальные вложения в переработку главным образом направлялись на реализацию программы модернизации и развития производственных мощностей НПЗ, чтобы они перешли на выпуск бензина и дизтоплива класса Евро-5 и повысили глубину переработки, говорится в материалах компании. Это привело к росту выхода бензинов с 54,8 до 55,3%, а также росту глубины переработки нефти с 65,3 до 66,5%. Но модернизация НПЗ далека от завершения: уровень реализации этой программы колеблется от 42% на Рязанском НПЗ до 66% на Куйбышевском НПЗ, говорится в презентации « Роснефти ».

Добыча на полке

«Роснефть» в 2016 году планирует сохранить добычу нефти на уровне прошедшего года, сообщил первый вице-президент компании Эрик Лирон в ходе телефонной конференции. «Мы останемся на полке в 2016 году», — сказал он. В 2015 году «Роснефть» сократила добычу нефти на 1%, она составила 202,8 млн т. Но общая добыча углеводородов с учетом конденсата выросла на 0,8%, до 254,2 млн т нефтяного эквивалента.

«Роснефть», отстающая от конкурентов по уровню модернизации заводов, должна вложить в переработку еще около $6 млрд (400 млрд руб.), напоминает Максим Мошков. Ежегодно компании нужно будет вкладывать около 150 млрд руб., чтобы уложиться в три года, добавляет старший аналитик ИК « Открытие Капитал » Артем Кончин.

Но оба эксперта уверены, что риск, указанный в отчете компании (обесценение активов в переработке)​, не реализуется: в середине февраля цены достигли дна и начали расти. В четверг Brent торговалась около $40 за баррель, к концу года Кончин прогнозирует $50 за баррель и 60 руб. за доллар, а значит, психологический уровень в 3 тыс. руб. будет достигнут.

Малые и средние нефтедобывающие предприятия, на долю которых еще несколько лет назад приходилось до 10% общероссийской добычи, сегодня переживают не лучшие времена. О том, как «малыши» выжили в условиях экономических потрясений последних лет и с какими трудностями сталкиваются сегодня, спецкорреспонденту РБК daily ПЕТРУ ГЕЛЬТИЩЕВУ рассказала генеральный директор Ассоциации малых и средних нефтегазодобывающих организаций ЕЛЕНА КОРЗУН.

— Как в условиях высоких цен на нефть чувствуют себя малые и средние независимые нефтедобывающие предприятия?

— По большому счету, так же, как и крупные. Но наша особенность состоит в том, что малые компании не имеют второго центра прибыли и нет возможности перераспределять доходы между сегментами собственного бизнеса. Вся налоговая система построена так, что чем выше цена на нефть, тем меньше остается у компании. Высокие цены на нефть — фактор повышения налоговой нагрузки на отрасль. Малым компаниям нужны не высокие, а стабильные и предсказуемые цены. Резкие скачки только повышают риски.

— Но высокие цены позволяют и больше вкладывать в разработку. Добыча растет?

— Уровень добычи у малых компаний остается стабильным. За прошлый год малыми и средними нефтяными компаниями добыто 19,6 млн т нефти, или на 7,1% больше, чем за 2009 год, в то время как по основным нефтяным холдингам прирост добычи нефти был отрицательным — на 0,7%. Например, ООО «Нобель Ойл» работает на месторождениях с трудноизвлекаемыми запасами в 50 км севернее Полярного круга, и за последние несколько лет ему удалось в 25 раз увеличить добычу нефти. Причем по производительности скважин показатели компании выше отраслевых в 12 раз.

— В условиях топливного кризиса не испытали трудностей с поставками нефти на НПЗ?

— За столько лет работы компании нашли возможность приспособиться. Но у нас возникла другая проблема в связи с принятием 29 марта нового постановления о доступе к трубе. Запрещена уступка графиков. Для малых компаний это всегда было возможностью маневра. Цены меняются из квартала в квартал, малые компании берегут каждый цент, поэтому на этом рынке они, конечно, покупали графики, когда был более выгоден экспорт. Теперь же с отменой права на уступку положение компаний значительно осложнится. Особенно это касается предприятий Восточной Сибири, полностью завязанных на экспорт.

— Как прошел для малых предприятий кризис 2008—2009 года?

— Очень тяжело. Обрушение цен в четвертом квартале 2008 года привело к тому, что компании прекращали работу, закрывались. Устояли только действительно крепкие хозяйствующие субъекты, тот же «Нобель Ойл».

— Со стороны ВИНКов «малыши» давление не испытывают?

— Острых конфликтов нет, но это связано во многом с тем, что просто мало компаний осталось, а кто остался, те сработались.

— Есть ли ощущение, что государству малые компании интересны как потенциальные формирователи конкурентной среды в нефтяной отрасли?

— Нет продуманной государственной политики в отношении малой нефтедобычи. Это лишний раз показал топливный кризис. Экономика не прощает таких вещей. Если мы строим рынок, то независимый сектор нам нужен и в переработке, и в добыче, и в нефтепродуктообеспечении. К сожалению, пока понимание важности развития независимого сегмента в такой монопольной отрасли не воплощается в конкретные дела, и сектор сильно «худеет». Если в 2000 году малые НК осуществляли 10% общероссийской добычи, то по итогам 2010 года — лишь 4%.

Думаю, что по логике вещей малые нефтяные компании государству все же интересны, но в зависимости от предназначений министерства и ведомства выражают свой интерес по-разному. Так, в свете разразившегося в конце 2010-го — начале 2011 года топливного кризиса ФАС России предлагает различные варианты демонополизации нефтяной отрасли страны и создания конкурентоспособных условий для развития независимого сектора нефтедобычи, нефтепереработки и нефтепродуктообеспечения (выделение из числа действующих или строительство нового НПЗ для нужд малых НК, открытие 15% квот на переработку на действующих НПЗ для «независимой» нефти и т.д.).

Два года мы вместе с Мин­энерго и Минфином работали над понижающим коэффициентом по НДПИ для вновь вводимых мелких месторождений с запасами до 5 млн т. Предполагалось его ввести с 1 января 2011 года. Законопроект был направлен в Государственную думу, прошел первое чтение — и тишина.

— А инвесторам малая неф­тянка интересна?

— Упомянутая мера по введению понижающего коэффициента как раз и была направлена на привлечение инвесторов на аукционы по месторождениям с небольшими запасами. Но за последние три года таких аукционов фактически не было.

— В последнее время вновь стала активно обсуждаться тема создания независимого НПЗ. Ранее декларировалось, что именно такое предприятие будет основным переработчиком нефти, добываемой малыми нефтяными компаниями. Смог бы независимый НПЗ стать для них реальным подспорьем?

— Идею создания независимого НПЗ мы инициировали десять лет назад, еще до скупки предприятий «Роснефтью», когда еще существовали независимые предприятия в ХМАО и независимый сектор обеспечивал 10% добычи страны. Впоследствии этот вопрос ставился на совещании у Игоря Ивановича (Сечина, вице-премьера правительства и куратора отечественного ТЭК). У нас было даже задание подыскать площадку для строительства. Нужно было, чтобы новый НПЗ был доступен с точки зрения логистики для большинства малых и средних компаний, не перебивал экспортные направления, находился бы на необходимом отдалении от заводов ВИНКов.

Все уже было готово, но ударил кризис. Сегодня, как мне кажется, этот вопрос более не актуален — где взять столько нефти, чтобы заполнить мощности этого завода? Независимые производители добывают не более 4% от общероссийских объемов. Наращивать добычу при текущей системе налогообложения нет особого смысла. Мы предлагали сделать НДПИ по примеру экспортной пошлины. Пошагово вводить коэффициенты: при цене до 70 долл./барр. — один коэффициент, от 70 до 90 долл. — другой.

— А введение налогообложения добавочного дохода не кажется вам предпочтительным?

— Нас бы это, безусловно, устроило. Мы давно говорили о необходимости введения норвежской системы налогообложения финансового результата. У нас сейчас 94% от общего объема взимаемого с тонны нефти налога — это налог с выручки, и только 3% — налог с прибыли. Надо уходить от оборотного налога, но когда это произойдет? Поэтому на сегодняшний день — предложение ФАС о предоставлении 10—15% коридора для независимых «малышей». Это было бы логично. Продукты, произведенные из этой нефти, приходили бы на биржу, где их могли бы покупать владельцы независимых сетей, и выстроилась бы вся цепочка.

— Разве сейчас независимые АЗС не могут покупать неф­тепродукты на бирже?

— Предложения нет. В прошлом месяце было 400 заявок спроса и десять предложений в среднем в день. То есть фактически это никакая не биржа, а аукцион на повышение цены. Основная задача сейчас — это насытить биржу предложением. Но как его создать, когда у ВИНКов свои сбыты?

— ЛУКОЙЛ сегодня продвигает идею выхода ВИНКов из сбытового сегмента путем передачи своих АЗС дилерам. Возможно ли сотрудничество малых нефтяных компаний с ВИНКами в этой сфере?

— Это со многих точек зрения позитивный эксперимент. Во-первых, на рынок вернутся владельцы, которых в кризис вымыло с рынка. Передача оперативного управления розницей дилерам позволит вернуть на рынок бывших владельцев частных АЗС, которые знают свое дело не понаслышке, и минимизировать риски ВИНКов при обвинении их в ценовом сговоре в бытовом сегменте. «Малыши», как в сбытовом сегменте, так и в добыче, могут работать с меньшей рентабельностью. Во-вторых, можно распространить этот аутсорсинг и на бездействующий фонд скважин, и на мелкие месторождения, находящиеся на балансе у крупных компаний, но не эксплуатирующиеся. Но важно отладить регулирование в этой сфере. Должны быть установлены рыночные правила игры, в частности, четко установлена цена за подрядные работы, чтобы у ВИНКов не было возможности диктовать свои условия.

— Среди западных ВИНКов после аварии в Мексиканском заливе бытует мнение, что крупные проекты должны осуществляться не одной компанией, а консорциумом. Это позволяет распределить риски, затраты и ответственность. Не рассматривается ли отечественными малыми компаниями возможность формирования таких объединений для работы над более крупными проектами?

Добавить комментарий