Сколько крупных нефтеперерабатывающих заводов на дальнем востоке

Нефте – и газохимическая отрасль в России растет быстрее, чем ВВП, и этот рост будет продолжаться до 2025 года. Основным драйвером роста, по прогнозам, станут страны АТР, прозвучало на специальной сессии Восточного экономического форума "Нефте – и газохимия на Дальнем Востоке – новые ниши для бизнеса?".

«Наша стратегическая задача – увеличить экспортный потенциал к 2030 году. Вклад ВВП в эту отрасль должен превысить 70-80 млрд в год, а сама отрасль должна стать более высокотехнологичной», – подчеркнул заместитель министра энергетики Антон ИНЮЦЫН.

Всего на Дальнем Востоке в ближайшие годы планируется реализация нефте – и газохимических проектов с совокупными инвестициями более 3 трлн рублей. Это 11 проектов в 5 регионах Дальнего Востока, которые позволят создать 14 тыс. новых рабочих мест.

Что касается стадий реализации заявленных в регионе проектов в нефтегазовой отрасли, «Газпром» на востоке сосредоточился на трех крупных проектах, это строительство трубопроводной системы «Сила Сибири», проект находится в стадии реализации, и два перерабатывающих – Амурский ГПЗ и третья очередь завода СПГ на Сахалине.

Магистральный газопровод «Сила Сибири», призванный обеспечить экспортные поставки российского газа в Китай, построен на 800 км полностью, сварено в нитку 1050 км, говорил в июле председатель правления Алексей МИЛЛЕР. До 2019 года компания обещает построить все 2156 км газопровода, до границы с КНР. 20 декабря 2019 года будет дан старт поставкам газа по «Силе Сибири». Проектная мощность ГТС составит 38 млрд куб. м газа в год. Целевой рынок – Пекин, Тяньцзинь, провинция Хэбэй, дельта реки Янцзы и северо-восточные регионы Китая.

Параллельно со строительством ГТС «Газпром» ведет подготовительные работы по проекту Амурского газоперерабатывающего завода. Амурский ГПЗ – важное звено технологической цепочки поставки природного газа в Китай по «восточному» маршруту. На завод по газопроводу «Сила Сибири» будет поступать многокомпонентный газ Якутского и Иркутского центров газодобычи, которые «Газпром» создал в рамках Восточной газовой программы. На заводе из него будет изыматься ряд фракций, в том числе гелий. В состав ГПЗ войдет крупнейшее в мире производство гелия – до 60 млн куб. м в год.

Инвестором и заказчиком проекта строительства Амурского ГПЗ является ООО «Газпром переработка Благовещенск» (входит в группу «Газпром»). Управление строительством осуществляет НИПИГАЗ – ведущий российский центр по управлению проектированием, поставками, логистикой и строительством (входит в группу «Сибур»). Как сообщает управление информации «Газпрома», право на участие в проекте Амурского ГПЗ на условиях ЕРС-контракта по итогам открытой конкурентной процедуры получила китайская компания China Petroleum Engineering & Construction Corporation (СРЕСС, аффилирована с CNPC). СРЕСС выполнит проектирование, изготовление, поставку оборудования и строительство дожимных компрессорных цехов, установок осушки и очистки газа, газофракционирования. Обязательным условием контракта является привлечение российских производителей компрессорного оборудования и российской специализированной организации по поставке системы автоматизации на все установки. Поставщиком основного технологического оборудования Амурского ГПЗ по криогенному разделению газа с получением гелия и ценных компонентов для нефтехимии станет Linde AG.

Пик строительных работ на Амурском ГПЗ придется на 2019 год, когда на строительную площадку будут мобилизованы более 15 тыс. человек. Для будущих сотрудников завода уже закладывается жилой микрорайон в г. Свободном, рассчитанный на проживание 5 тыс. человек. Получено положительное заключение ГАУ «Амургосэкспертиза» по проектной документации этого микрорайона. Инженерная планировка территории строительства начнется во втором полугодии 2017 года.

Амурский ГПЗ «Газпрома» будет технологически связан с предприятием по глубокой переработке углеводородов, проект строительства которого в настоящее время рассматривает «Сибур».

И третий крупный проект «Газпрома» на Дальнем Востоке – это проект третьей технологической очереди завода «Сахалин-2». Российская газовая компания совместно с Shell готовит проектную документацию на ее строительство. Об этом на годовом собрании акционеров говорил председатель правления «Газпрома» Алексей Миллер. Проект мощностью до 5,4 млн тонн сжиженного природного газа (СПГ) в год.

Недавно компания «Роснефть» сообщила, что открыла новое месторождение на шельфе Хатангского залива моря Лаптевых в Восточной Арктике в ходе бурения поисковой скважины. По мнению специалистов, уже на основании первичных исследований можно сделать вывод об открытии нового месторождения нефти. Ресурсный потенциал только по морю Лаптевых оценивается в 9,5 млрд тонн нефтяного эквивалента, заявил глава «Роснефти» Игорь СЕЧИН: «По результатам сейсморазведочных работ в море Лаптевых выявлено в 4 раза больше перспективных структур, чем предполагалось ранее: 114 против 28». В ближайшие пять лет «Роснефть» планирует увеличить вложения в освоение шельфа Арктики в 2,5 раза – до 250 млрд руб».

Параллельно компания продолжает работать над проектом «Дальневосточный СПГ». «Роснефть» реализует этот проект с целью монетизации газа с проекта «Сахалин-1» и собственных шельфовых месторождений. Производительность первой очереди завода составит 5 млн тонн СПГ в год.

За последнее время проект удалось значительно удешевить благодаря решению по модульному исполнению завода и другим техническим решениям, заявил вице-президент «Эксон Нефтегаз Лтд» Кенан НАРИМАН. Завод перенесли с Сахалина в Де-Кастри, куда газ будет поступать с месторождения Чайво (проект «Сахалин-1») по трубопроводу. Участники проекта рассматривают возможность строительства новой трубы или использования существующих трубопроводов. На месторождении Чайво намерены пробурить дополнительные скважины, а для подготовки газа – построить новую станцию с возможностью компримирования. «В 2017 г. мы сосредоточим свои усилия на работе, которая необходима для подачи проекта на экспертизу», – обозначил планы г-н Нариман.

В этом году «Роснефть» и китайская Beijing Gas Group Company Limited закрыли сделку купли-продажи 20% акций ПАО «Верхнечонскнефтегаз». В результате китайцы получают долю в одном из крупнейших добывающих месторождений Восточной Сибири с развитой инфраструктурой и доступ к нефтепроводу ВСТО, а российская компания – возможность выйти на перспективный внутренний газовый рынок Китая, включая конечного потребителя, с помощью своповых поставок газа. Таким образом, «Роснефть» реализует свое давнее стремление стать экспортером газа и составить на этом рынке конкуренцию «Газпрому».

«Роснефть» работает над проектом завода «Восточной нефтехимической компании» (ВНХК) на юге Приморья. Проект имеет давнюю историю, долго обсуждался экологической общественностью, но сегодня он уже выходит на старт. Как сообщалось, Главгосэкспертиза одобрила проект ВНХК в мае этого года. АО «ВНХК» стало первым резидентом ТОР «Нефтехимический». Инвестор намерен реализовать проект по созданию комплекса нефтеперерабатывающих и нефтехимических производств по выпуску моторных топлив качества не ниже «Евро-5» и нефтехимической продукции с широким марочным ассортиментом полимерной продукции (полиэтилен и полипропилен), направленной на применение в промышленности, быту, а также на производство изделий медицинского назначения. Компания сообщает, что в настоящее время идет выбор наиболее подходящей технологии производства.

Общая стоимость строительства оценивается в 1,3 трлн рублей. Комплекс будет строиться в три этапа, в итоге его производительность должна достигнуть 30 млн т в год нефтепереработки, в т. ч. 6,8 млн т в год продукции нефтехимии.

В портфеле «Роснефти» еще один дальневосточный проект, о котором компания заявила в декабре прошлого года. «Роснефть» и ChemChina создают СП для строительства завода полимерных покрытий на территории опережающего развития «Большой Камень» в Приморском крае мощностью до 50 тысяч тонн продукции в год. В результате его реализации в России будет создано крупнейшее предприятие по выпуску специальных морских и арктических судовых покрытий. Продукция завода найдет применение в работе судостроительного комплекса «Звезда», расположенного там же.

Еще ряд проектов в нефтегазовой отрасли, не связанных с крупнейшими российскими производителями, заявлены или реализуются в дальневосточных регионах независимыми компаниями. Стоит также отметить, что большой интерес к возможному участию в нефтегазовых проектах на территории российского Дальнего Востока проявляют негосударственные китайские компании, и не только. Второй Восточный нефтегазовый форум отчетливо продемонстрировал уровень интереса и со стороны Таиланда и Индии. Так, директор гуанжанской нефтехимической компании НТК «Кэлида» из Китая г-н Сунь Ляньсян сказал, что его компания ведет переговоры сразу с несколькими российскими компаниями по вхождению в их проекты. А по словам менеджера по глобальным поставкам сырья тайской компании SCGChemicals, цель их участия в конференции – найти в России ресурсную базу для поставок сырья на переработку в Таиланд. Были на форуме и представители таких иностранных компаний, которые только-только делают попытки найти партнеров в России и наладить сотрудничество, кто-то находится в стадии переговорного процесса по вхождению в российский проект. Ну а были и те, кто пока оценивает инвестиционный климат, созданный на Дальнем Востоке благодаря принятым законам о ТОР и СПВ, и пока ведет себя очень осторожно.

По словам Генерального директора РНГ Ивана Меньшикова, китайская экономика нацелена в основном на межгосударственное сотрудничество. «Все, что идет по межправительственным соглашениям, – все идет отлично. А там, где частные инвестиции, нет большого опыта, соответственно нет аппетита к рискам», – сказал он, отвечая на вопрос «ДК».

У китайской корпорации XinChenInd & Com Group есть намерение инвестировать в проект нефтеперерабатывающего завода на территории Лесозаводского городского округа Приморского края, заявил в апреле этого года президент компании Чжай ЮЙЦЗЯ на встрече с первым вице-губернатором Приморского края Василием УСОЛЬЦЕВЫМ. Китайский инвестор может вложить в строительство НПЗ от 26 млрд до 30 млрд юаней ($3,8-4,4 млрд). Краевые власти готовы оказать компании всестороннее содействие, сказал в ответ вице-губернатор Приморья, однако напомнил, что проект требует согласования на межправительственном уровне. Детали предлагаемого проекта не освещаются. По всей видимости, конечная продукция будет поступать на китайский рынок. В противном случае есть опасение, что он может столкнуться с проблемой, схожей с той, что имеет компания из Амурской области, создающая совместно с китайским партнером Амурский НПЗ. Проект достаточно амбициозный, хорошо поработанный и частично реализованный.

Речь идет о проекте, который предложила «Амурская энергетическая компания» и в котором участвуют китайская компания «Мэн Лань СинХэ», компании «Амур-Нефтехим» и «ИнтерРусОйл». «Амурская энергетическая компания» намерена выполнить проект в три этапа. Его стоимость оценивают в 120 млрд руб. «Это практически второй на Дальнем Востоке проект по инвестициям, – заметил генеральный директор Амурской энергетической компании Александр ГОРДЕЕВ. – В Амурской области крупнее нас будет только Амурский ГПЗ стоимостью 660 млрд».

Выступая на втором Восточном нефтегазовом форуме во Владивостоке, Гордеев рассказал, что глубина переработки сырья составит 94,5%, чего пока нет на территории РФ. Заканчивается стадия проектирования, и в конце сентября проект планируется сдать на госэкспертизу. «Решены практически все инфраструктурные вопросы: по железной дороге, по поставке китайского оборудования по реке Зее, запроектирована ЛЭП», – добавил он.

Если говорить о деталях проекта, то он рассчитан на переработку 4 млн т нефти и 2 млн т нефтегазового конденсата в год. Основные перерабатывающие мощности будут построены на российской стороне. Рынком сбыта будет Китай, куда пойдет 80% готовой продукции, 20% остается в России. Т. е. это экспортно ориентированное предприятие. «Процент топлива, который наш завод будет поставлять на рынок Дальнего Востока, всего 13%. Это ответ «Роснефти» на то, что мы завалим дешевым бензином и соляркой Дальний Восток», – заметил Александр Гордеев.

На российской стороне остается дизтопливо – 10%, керосин – 0,9% – и нефтяной кокс. Как пояснил Александр Гордеев, нефтяной кокс используется на металлургических комбинатах и в настоящее время Россия на 100% его ввозит из-за рубежа. Контракты на его поставки уже подписаны.

Амурский НПЗ стал резидентом территории опережающего развития (ТОР) «Приамурская», с китайской стороны часть проекта вошла в перечень объектов Великого шелкового пути. Все как будто в высокой стадии готовности, но проект «Амурский НПЗ» столкнулся с серьезной проблемой нехватки сырья:

– Главная проблема нашего завода на сегодня – это не деньги, не инвестиции, а сырьевая база. Если по конденсату вопрос практически решен и контракт на поставку уже подписан, то по нефти вопросы остаются. И во многом из-за непонятной конкуренции с нашими крупными нефтяными компаниями. Занимаемся этим вопросом, ведем переговоры со средними по объемам добычи компаниями. Мы готовы встречаться, наши инвесторы готовы поучаствовать в добыче и в первичном сбыте нефти. Пока вопрос не решен, хотя еще в начале прошлого года появилось поручение президента РФ Минэнерго и «Транснефти» по решению проблем поставки сырья на Амурский НПЗ.

Приморью везет на перерабатывающие и перевалочные проекты в нефтегазовой области. В этом году в Приморском крае стартовал проект ТОО «Энерго Инвест» из Казахстана. Компания инициировала строительство терминала «Восток ЛПГ» для экспорта сжиженного природного газа (СПГ) в Приморском крае мощностью 1 млн тонн в год и стоимостью 4,5 млрд руб. Проект был представлен второму Восточному нефтегазовому форуму. Он подразумевает создание в бухте Перевозной терминала по приему и разгрузке железнодорожных цистерн вместимостью до 20 тыс. тонн, хранению и погрузке СПГ на суда-газовозы осадкой до 14 м. Рынками сбыта станут ближайшие страны АТР: Япония, Республика Корея и КНР.

ТОО «Энерго Инвест» уже построило подобный терминал на побережье Каспийского моря и рассчитывает на успех своего дальневосточного проекта. Как объясняет руководитель проекта, достигнуты соглашения о намерениях с ОАО «РЖД», с поставщиками сжиженного природного газа, в частности с компанией «Сибур», а также – частично с поставщиками оборудования и с местными буксирными компаниями. Компания «Восток ЛПГ» уже стала резидентом свободного порта Владивосток. Предполагается, что терминал начнет работать в конце 2018-го – начале 2019 года.

Кстати, после презентации этого проекта на Восточном нефтегазовом форуме, разгорелась дискуссия о том, сможет ли железная дорога, мощности которой ограничены, обеспечить транспортировку сырья для будущих нефтегазовых проектов и сжиженного газа для нового терминала. Аудиторию успокоил первый заместитель генерального директора «РЖД Логистика» Эдуард АЛЫРЗАЕВ.

– Для железной дороги выгоднее возить нефть, чем уголь, – сказал он и добавил: – Будет нефть – будут и возможности.

Восточная Сибирь и Арктика во власти крупнейших игроков нефтегазового рынка. Самые крупные отраслевые нефтегазовые проекты на востоке страны по-прежнему у двух ведущих компаний – «Газпрома» и «Роснефти». Так, «Роснефти» в Арктике принадлежат 78% общей площади лицензионных участков. Если в уровне добыче этим двум компаниям нет равных, то в рейтинге перерабатывающих проектов их теснят независимые компании.

Острой болевой точкой для многих независимых является проблема монетизации газа.

Вообще, газовая тема сегодня одна из самых больных для независимых производителей из Восточной Сибири, где они располагают огромным ресурсным потенциалом. Продажа газа сдерживается неопределенностью параметров будущего рынка газа в зоне «Силы Сибири».

«В 2005 году были выделены около 300 лицензионных участков для геологического изучения в районах Якутии и Восточной Сибири, примыкающие к будущей ГТС «Сила Сибири», – рассказал Генеральный директор компании «РосТнефтегаз» Иван МЕНЬШИКОВ (входит в рабочую группу Минэнерго по формированию рыночной концепции газа) на втором Восточном нефтегазовом форуме, прошедшем во Владивостоке этим летом. – К 2016 году на основную часть участков нашлись инвесторы. За 12 лет действия программы первоочередного лицензирования было приращено по трем центрам газодобычи свыше полутора триллионов кубометров запасов газа только по категории С1. Половину запасов дала Якутия. Плюс надо учитывать нефтяные месторождения, содержащие попутный газ.

Можно ответственно утверждать, что В регионе создана ресурсная база, достаточная для формирования мощного не только газодобывающего кластера, но и полноценного газового рынка. Создание такого рынка было бы полезно и для производителей газа, и для потребителей, и для экономического развития региона.

Вся газохимия, что сейчас создается на Дальнем Востоке, создается под «Силу Сибири», китайский контракт. А нам что делать? На это ни Восточная газовая программа, ни ее координатор «Газпром» никакого ответа не дают. Их ответ: «стройте трубопроводы сами». Остается, наверное, всем независимым собраться в консорциум, получить благословение государств и пытаться строить газопроводы и заводы СПГ.

Государство сегодня озабочено состоянием газового рынка, глобальной стратегией развития газовой промышленности, поиском новых драйверов, точек активизации этой одной из важнейших наших отраслей. Сегодня все понимают, что опираться только на крупные компании – этого мало. Сланцевая революция в США показала роль небольших, независимых компаний, они ее сделали, они обеспечили США газом и сделали страну экспортером, вытащили из арабской нефтяной удавки. Нам тоже необходимо задействовать потенциал независимых компаний, – убежденно говорил Меньшиков. – И особенно – в современных условиях наличия санкций в отношении крупных энергетических компаний. У частного сектора отрасли ресурсы имеются.

Наша компания за счет частных инвестиций утвердила запасы газа в Якутии в объеме 162 млрд куб. м. Прогнозируемая добыча может составить 6-6,5 млрд куб. м газа в год. Исключительно за счет частного капитала сделаны серьезные инвестиции в разведку. Мы хотели бы, чтобы эти инвестиции окупились».

По словам Ивана Меньшикова, Приемлемые способы монетизации газа предполагают создание внутреннего рынка на соответствующей территории.

Этот рынок огромный: вся Восточная Сибирь, Дальний Восток, которые в основном не газифицированы. Нет стройной, понятной организации этого рынка, – считает он. – Есть условно приемлемый способ направлять этот газ в ГТС «Газпрома», но много неопределенностей по поводу цены, тарифов прокачки. Непонятны затраты. Если это не удастся сделать, нам ничего не остается, как обосновать перед государством необходимость демонополизации экспорта газа. Производители СПГ уже получают такую возможность. И это путь, по которому можно идти, ресурсная база позволяет, хотя это огромные инфраструктурные затраты. «Новатэк» сделал Сабетту, это хороший первый шаг, который нас воодушевляет. Подобный проект на Дальнем Востоке предпочтительнее ставить на берегу Охотского моря. От якутских месторождений 700 км, протянуть независимую трубу. По примеру Сабетты, государство построит причальную стенку, аэропорт, а частные инвесторы – завод.

По словам Меньшикова, новая редакция газовой генеральной схемы должна определить ключевые параметры рынка газа, включая место и роль независимых производителей, статус и зоны ответственности координатора по развитию Восточной газовой программы. В целях повышения инвестиционной привлекательности добычных проектов в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке необходимо использовать экспортную нетбэк хотя бы для части независимого газа пропорционально объему поставок российского газа за рубеж.

В одном из выступлений на Восточном нефтегазовом форуме прозвучала идея строить небольшие заводы СПГ рядом с месторождениями и затем перевозить СПГ железнодорожным или автомобильным транспортом, в том числе в направлении экспортных терминалов. Эта идея позволит решить еще одну острую проблему нефтегазового сектора – утилизации попутного нефтяного газа. По данным Всемирного банка, наше государство фигурирует в числе лидеров списка стран с самыми высокими показателями сжигания попутного газа на факелах.

После того, как данная публикация была размещена в фейсбучной отраслевой группе «Нефтегазовый Мир», на неё последовал комментарий Александра Климентьева, бывшего замминистра природных ресурсов и промышленности Забайкальского края, а теперь довольно известного в СМИ газового эксперта. Приводим этот комментарий (орфография, пунктуация и стиль автора комментария сохранены):

«Рынка нет и не будет. Газпром строит азотопроводы и хоронит гелий, с газификацией Китая. От Москвы тут уже ничего не зависит, решения в Пекине принимаются.

Независимым, а у них в большей степени ПНГ, а не ПГ, надо объединяться и двигать проект ПРОДУКТОПРОВОДА с химией или фракционированием С2+. По факту, модель проекта ИНК уже придумала.

Государству, по уму, для этого надо дать денежек и построить продуктопровод и гелиопровод. И дрючить тех, кто не имеет 97 % утилизации ПНГ до потери сознания.

Я не устану повторять: экспорт газа с Чаянды – нарушение условий лицензирования этого месторождения и нарушает законодательство Российской Федерации. Есть яйца у Меньшикова хотя бы не за отмену экспорта, а за соблюдение действующих законов РФ?

Про СПГ и виртуальную трубу – см. 2014 год "Виртуальная труба газификации Байкальского региона с возможностью экспорта в Китай"

Http://www. assoneft. ru/activities/press-centre/tek/4388/

    ДАЛЬНИЙ ВОСТОК НЕФТЕПЕРЕРАБАТЫВАЮЩИЕ ПРЕДПРИЯТИЯ ИШАЕВ НЕФТЕПЕРЕРАБАТЫВАЮЩИЙ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ СХЕМА ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ КЛАСТЕРА ВЕДОМСТВЕННАЯ КОЛЛЕГИЯ БЕНЗИН ДФО КОНКУРЕНТНАЯ СРЕДА МИНВОСТОКРАЗВИТИЯ НПЗ НЕФТЕГАЗОХИМИЧЕСКИЙ ПОЛПРЕД НЕФТЕПЕРЕРАБАТЫВАЮЩИЕ ЗАВОДЫ РЕГИОНАЛЬНЫЙ РЫНОК ДЕЙСТВЕННЫЕ МЕХАНИЗМЫ НЕФТЕГАЗОВЫЙ ИЗБЫТОЧНЫЕ МОЩНОСТИ

По словам Ишаева, действующие в округе крупные НПЗ – в Комсомольске-на-Амуре (принадлежит "Роснефти", занимает половину местного внутреннего рынка) и в Хабаровске

Сейчас на дальнем востоке работают уже два завода – в Комсомольске-на-Амуре и в Хабаровске. Эти предприятия производят 12 миллионов тонн нефтепродуктов, а потребляется в регионе 35 миллионов тонн.

Также чиновник прокомментировал недавнее предложение ФАСа о закупках топлива в Южной Корее. "Своеобразная экономическая схема. Ведь Южная Корея не добывает нефть, а покупает ее у нас", – отметил он.

Он подчеркнул, что один из действенных механизмов насыщения регионального рынка бензином – создание конкурентной среды в рамках Дальневосточного нефтегазового кластера.

Эксперты отмечают, что, действительно, конкуренции рынку топлива Дальнего Востока явно не хватает, что приводит к повышению цены.

"Дальнему Востоку необходимо еще три нефтеперерабатывающих предприятия. Сейчас в регионе два крупных НПЗ – в Комсомольске-на-Амуре и в Хабаровске, которые производят 12 млн тонн нефтепродуктов, а потребляется в округе 35 млн тонн. Недостающее топливо приходится завозить", – цитируются в сообщении слова Виктора Ишаева.

На повестке дня стояли три вопроса: обеспечение устойчивого развития отраслей экономики ДФО в условиях членства страны в ВТО; формирование и развитие Дальневосточного нефте – и газохимического кластера; подведение итогов прохождения в ДФО отопительного сезона 2012 – 2013 годов и определение задач по подготовке к очередному отопительному сезону.

С докладом по первому вопросу выступил замдиректора департамента стратегического планирования и реализации программ развития Дальнего Востока министерства РФ по развитию Дальнего Востока Александр Зимин.

Министр по развитию Дальнего Востока Виктор Ишаев предлагает покрыть дефицит нефтепродуктов в данном регионе путем строительства трех новых нефтеперерабатывающих заводов. Действующие в настоящее время НПЗ в Комсомольске-на-Амуре и в Хабаровске производят 12 миллионов тонн нефтепродуктов, тогда как потребность региона составляет 35 миллионов тонн. Он также выступил против предложения Федеральной антимонопольной службы решить проблему дефицита, закупая бензин из Южной Кореи, которую она в свою очередь экспортирует из РФ

Министр прокомментировал предложение Федеральной антимонопольной службы (ФАС) решить проблему дефицита топлива на Дальнем Востоке с помощью поставок бензина из Южной Кореи, где, по мнению ведомства, имеются избыточные мощности по его производству.

Министр также прокомментировал поставку бензина из Южной Кореи, такой вариант решения проблемы предложила ФАС. Но по мнению Ишаева, это достаточно своеобразная схема, потому что Южная Корея не добывает нефть, а покупает ее у нас.

"Пока тех объемов, которые будут выпускаться, с лихвой хватит на Дальний Восток. Избыток нефтепродуктов уйдет на внутренний и зарубежный рынки. Кроме этого, модернизируется Комсомольский нефтеперерабатывающий завод. Соответственно, будет увеличен выпуск дизельного топлива. Все это для обеспечения ДФО. Экономически целесообразно инвестировать в эти направления", – заявил Игорь Павлов.

Виктор Ишаев ранее заявлял, что проблема дефицита топлива может быть решена за счет строительства дополнительных нефтеперерабатывающих предприятий.

"При правильном и слаженном взаимодействии государства и вертикально интегрированных компаний мы сможем создать мощную нефтегазохимическую кластерную структуру, как точку опережающего экономического роста на Дальнем Востоке", – считает заместитель министра.

План развития нефтехимической и газохимической отраслей промышленности страны на период до 2030 года разработало в 2011 году Министерство энергетики РФ. Он предполагает создание шести нефтегазохимических кластеров, в том числе и на Дальнем Востоке.

Минвостокразвития России готово выступить координатором формирования и развития Дальневосточного нефтегазохимического кластера. С такой инициативой выступил заместитель Министра Российской Федерации по развитию Дальнего Востока Дмитрий Шелехов на выездном заседании ведомственной коллегии в Южно-Сахалинске при участии представителей института нефтегазовой геологии и геофизики им. А. А.Трофимука, Минэнерго России и топ-менеджеров крупных нефтегазовых компаний, сообщили РИА SakhalinMedia в пресс-службе полпреда.

"Дальнему Востоку необходимо еще три нефтеперерабатывающих предприятия. Сейчас в регионе два крупных НПЗ, в Комсомольске-на-Амуре и в Хабаровске,

Которые производят 12 млн тонн нефтепродуктов. А потребляется в округе 35 млн тонн. Недостающее топливо приходится завозить", – приводятся его слова в сообщении.

Http://webground. su/topic/2013/05/28/t213

«Строительство нового завода, ориентированного на экспорт продуктов первичной переработки и полуфабрикатов в Китай, по мнению «Газпром нефти», нецелесообразно. После завершения проектов модернизации восточных НПЗ в стране Дальневосточный регион будет полностью обеспечен нефтепродуктами», — говорится в письме от 12 января 2017 года исполняющего обязанности замгендиректора по логистике, переработке и сбыту «Газпром нефти» Левана Кадагидзе Яновскому. Речь идет о Комсомольском, Ангарском и Ачинском НПЗ «Роснефти», Хабаровском НПЗ Независимой нефтяной компании и Омском НПЗ «Газпром нефти», указывает, в свою очередь, заместитель председателя правления «Газпром нефти» Анатолий Чернер в письме к первому вице-президенту «Транснефти» Михаилу Гришанину от 22 ноября 2016 года.

После безуспешных переговоров с крупнейшими поставщиками нефти, а также с «Транснефтью» по ее прокачке завод согласились поддержать сразу несколько крупных бизнесменов из списка Forbes. Вице-премьер и полпред президента на Дальнем Востоке Юрий Трутнев, который с самого начала поддерживал строительство завода, в интервью «Известиям» 21 февраля сказал: «Роснефть» у нас самая большая нефтяная компания, но, слава богу, не единственная. Насколько мне известно, инвесторы Амурского НПЗ купили две небольшие нефтяные компании: в Якутии и Иркутской области. Объем их добычи может закрыть половину потребности НПЗ, то есть до 3 млн т нефти».

Строительство Амурского НПЗ в селе Березовка Ивановского района Амурской области недалеко от китайской границы в апреле 2016 года одобрил президент Владимир Путин. Но судьба завода стоимостью 123 млрд руб. обсуждается с 2004 года. Китайская компания на 90% профинансирует стройку, которая должна начаться весной 2017 года, а запуск предприятия ожидается в 2019 году. НПЗ с глубиной переработки нефти более 90% будет перерабатывать 6 млн т сырья ежегодно: 4 млн т нефти и 2 млн т газового конденсата. В России будет оставаться 25% продукции: 600 тыс. т дизтоплива, 158 тыс. т нефтяного кокса, 55 тыс. т авиационного керосина. Остальная продукция (дизтопливо и нафта) будет направляться в Китай.

«Газпром нефть» продает часть топлива со своего Омского НПЗ на Дальнем Востоке, где оно стоит дороже, говорят участники рынка. Но, по прогнозам компании в одном из писем, уже начиная с 2017 года на Дальнем Востоке ожидается профицит бензина в 1,5 млн т в год и дизельного топлива в 2,3 млн т. По данным «Газпром нефти», производство бензина в Сибири и на Дальнем Востоке для нужд региона составит 7,8 млн т, а спрос — 6,3 млн т; дизельного топлива — 10,3 млн и 8,2 млн т соответственно. А к 2025 году избыток производства бензина по сравнению со спросом вырастет до 3 млн т, дизельного топлива — до 12,4 млн т.

Традиционно на Дальнем Востоке наблюдался недостаток предложения топлива, что сказывалось на цене на заправках. Например, в феврале текущего года цены на бензин АИ-92 в Амурской области, по расчетам агентства Thomson Reuters Kortes, превышали цены в Омской области (где расположен НПЗ «Газпром нефти») на 10,4% (38,48 против 34,45 руб. за литр). Дизельное топливо в Амурской области стоило на 8,71% дороже (39,93 против 36,73 руб. за литр в Омской области).

«Маржа от продажи нефтепродуктов на Дальнем Востоке выше, чем в Центральной России. Рынок пока остается премиальным из-за низкой конкуренции, и профицита топлива на нем пока не наблюдается. Мы тоже против появления на нем еще одного завода — Амурского НПЗ. Это может снизить цены на продукцию и нашу прибыль», — сказал РБК источник в Независимой нефтяной компании.

«Газпром нефть» также опасается, что подключение к трубопроводу «Восточная Сибирь — Тихий океан» (ВСТО) новых нефтеперерабатывающих заводов сократит экспортные возможности: «Появление нового НПЗ приведет к сокращению пропускной способности для экспорта нефти в страны АТР. Сокращение присутствия российских компаний и их доли на этом стратегически важном рынке приведет в перспективе к ухудшению экономики реализации (нефти. — РБК), ужесточению конкуренции с ближневосточными производителями и потере долгосрочных отношений с ведущими переработчиками региона», — пишет Чернер.

«Транснефть» еще в июле 2014 года отказалась подключать Амурский НПЗ к ВСТО, сославшись на ограниченность ресурсов трубопровода. Но в феврале 2017 года бизнесмен Григорий Березкин согласился переваливать нефть для нового завода через принадлежащий ему Уярский железнодорожный терминал в Красноярском крае.

По словам генерального директора Амурской энергетической компании (заказчик строительства Амурского НПЗ) Александра Гордеева, Амурский НПЗ не будет конкурировать с крупными нефтяными компаниями на рынке продажи топлива Дальнего Востока. «Мы выполняем распоряжение президента экспортировать в Китай не сырую нефть, а нефтепродукты», — сказал он. Гордеев подтвердил, что по итогам профильных совещаний в Минэнерго ему известно о позиции как «Газпром нефти», так и «Роснефти», которую он также называет противником появления завода. По его словам, после начала переговоров о перевозке нефти для нужд предприятия с Григорием Березкиным и его железнодорожным терминалом Уяр, активизировались переговоры с добывающими нефть в Красноярском крае компаниями. «Через один-полтора месяца у нас будут подписаны контракты на поставку нефти», — сказал он РБК.

Источник РБК в «Роснефти» сомневается в том, что Амурский НПЗ получит желаемые 6 млн т нефти на переработку: «И мы, и все остальные крупные компании отказали им в продаже нефти. Этот завод никому не нужен. Если на Дальнем Востоке будет построен Восточный нефтехимический комбинат, то ни о каком дефиците топлива не может быть и речи», — полагает собеседник.

В сентябре 2016 года Амурский НПЗ подписал предварительные протоколы о намерениях по поставкам нефти на завод с двумя малоизвестными нефтяными компаниями, одна из которых — компания «Харьяга» (на 95% принадлежит структурам бизнесмена Александра Мамута, состояние которого Forbes оценивает в $2,6 млрд). Генеральный директор «Харьяги» Богдан Плотников в сентябре говорил РБК, что компания договорилась о поставках нефти для Амурского НПЗ в объеме не менее 1,5 млн т с 2019 года с возможным увеличением объемов в дальнейшем. Второй потенциальный поставщик на завод — компания «Туймааданефть» с месторождениями в Якутии — обещала начать поставки на завод не менее 2 млн т нефти ежегодно после 2020 года.

Представители «Газпром нефти» и «Роснефти» от комментариев отказались. Представитель ННК не ответил на запрос РБК. Представитель «Транснефти» не стал комментировать служебную переписку, уточнив лишь, что компания не изменила своей позиции по поводу Амурского НПЗ: его нецелесообразно подключать к ВСТО из-за отсутствия гарантий по поставкам нефти, а также без учета в смете строительства завода финансирования на расширение трубопровода под нужды этого завода.

Http://au92.ru/msg/gazprom-neft-raskritikovala-proekt-amurskogo-npz. html

«Газпром нефть» пополнила ряды несогласных со строительством Амурского НПЗ на Дальнем Востоке, разослав письма в Минэнерго и «Транснефть». Однако, несмотря на отказ крупных нефтяников поставлять топливо, завод уже нашел половину объема нужной ему для загрузки нефти

«Газпром нефть» (дочка «Газпрома») считает, что строительство Амурского НПЗ (которое на 90% профинансирует китайская компания «Мэн лань син хэ») создаст избыток предложения на топливном рынке Дальнего Востока и сократит возможности для экспорта нефти в страны Азиатско-Тихоокеанского региона. Об этом компания проинформировала в середине января заместителя министра энергетики Анатолия Яновского, а в конце ноября 2016 года — вице-президента «Транснефти» Михаила Гришанина. Копии обоих писем имеются в распоряжении РБК, их подлинность подтвердили один из участников профильного совещания по Амурскому НПЗ в Минэнерго и менеджер «Транснефти». ​Яновский отказался комментировать служебную переписку.

«Строительство нового завода, ориентированного на экспорт продуктов первичной переработки и полуфабрикатов в Китай, по мнению «Газпром нефти», нецелесообразно. После завершения проектов модернизации восточных НПЗ в стране Дальневосточный регион будет полностью обеспечен нефтепродуктами», — говорится в письме от 12 января 2017 года исполняющего обязанности замгендиректора по логистике, переработке и сбыту «Газпром нефти» Левана Кадагидзе Яновскому. Речь идет о Комсомольском, Ангарском и Ачинском НПЗ «Роснефти», Хабаровском НПЗ Независимой нефтяной компании и Омском НПЗ «Газпром нефти», указывает, в свою очередь, заместитель председателя правления «Газпром нефти» Анатолий Чернер в письме к первому вице-президенту «Транснефти» Михаилу Гришанину от 22 ноября 2016 года.

После безуспешных переговоров с крупнейшими поставщиками нефти, а также с «Транснефтью» по ее прокачке завод согласились поддержать сразу несколько крупных бизнесменов из списка Forbes. Вице-премьер и полпред президента на Дальнем Востоке Юрий Трутнев, который с самого начала поддерживал строительство завода, в интервью «Известиям» 21 февраля сказал: «Роснефть» у нас самая большая нефтяная компания, но, слава богу, не единственная. Насколько мне известно, инвесторы Амурского НПЗ купили две небольшие нефтяные компании: в Якутии и Иркутской области. Объем их добычи может закрыть половину потребности НПЗ, то есть до 3 млн т нефти».

Строительство Амурского НПЗ в селе Березовка Ивановского района Амурской области недалеко от китайской границы в апреле 2016 года одобрил президент Владимир Путин. Но судьба завода стоимостью 123 млрд руб. обсуждается с 2004 года. Китайская компания на 90% профинансирует стройку, которая должна начаться весной 2017 года, а запуск предприятия ожидается в 2019 году. НПЗ ​с глубиной переработки нефти более 90% будет перерабатывать 6 млн т сырья ежегодно: 4 млн т нефти и 2 млн т газового конденсата. В России будет оставаться 25% продукции: 600 тыс. т дизтоплива, 158 тыс. т нефтяного кокса, 55 тыс. т авиационного керосина. Остальная продукция (дизтопливо и нафта) будет направляться в Китай.

«Газпром нефть» продает часть топлива со своего Омского НПЗ на Дальнем Востоке, где оно стоит дороже, говорят участники рынка. Но, по прогнозам компании в одном из писем, уже начиная с 2017 года на Дальнем Востоке ожидается профицит бензина в 1,5 млн т в год и дизельного топлива в 2,3 млн т. По данным «Газпром нефти», производство бензина в Сибири и на Дальнем Востоке для нужд региона составит 7,8 млн т, а спрос — 6,3 млн т; дизельного топлива — 10,3 млн и 8,2 млн т соответственно. А к 2025 году избыток производства бензина по сравнению со спросом вырастет до 3 млн т, дизельного топлива — до 12,4 млн т.

Традиционно на Дальнем Востоке наблюдался недостаток предложения топлива, что сказывалось на цене на заправках. Например, в феврале текущего года цены на бензин АИ-92 в Амурской области, по расчетам агентства Thomson Reuters Kortes, превышали цены в Омской области (где расположен НПЗ «Газпром нефти») на 10,4% (38,48 против 34,45 руб. за литр). Дизельное топливо в Амурской области стоило на 8,71% дороже (39,93 против 36,73 руб. за литр в Омской области).

«Маржа от продажи нефтепродуктов на Дальнем Востоке выше, чем в Центральной России. Рынок пока остается премиальным из-за низкой конкуренции, и профицита топлива на нем пока не наблюдается. Мы тоже против появления на нем еще одного завода — Амурского НПЗ. Это может снизить цены на продукцию и нашу прибыль», — сказал РБК источник в Независимой нефтяной компании.

«Газпром нефть» также опасается, что подключение к трубопроводу «Восточная Сибирь — Тихий океан» (ВСТО) новых нефтеперерабатывающих заводов сократит экспортные возможности: «Появление нового НПЗ приведет к сокращению пропускной способности для экспорта нефти в страны АТР. Сокращение присутствия российских компаний и их доли на этом стратегически важном рынке приведет в перспективе к ухудшению экономики реализации (нефти. — РБК), ужесточению конкуренции с ближневосточными производителями и потере долгосрочных отношений с ведущими переработчиками региона», — пишет Чернер.

«Транснефть» еще в июле 2014 года отказалась подключать Амурский НПЗ к ВСТО, сославшись на ограниченность ресурсов трубопровода. Но в феврале 2017 года бизнесмен Григорий Березкин согласился переваливать нефть для нового завода через принадлежащий ему Уярский железнодорожный терминал в Красноярском крае.

По словам генерального директора Амурской энергетической компании (заказчик строительства Амурского НПЗ) Александра Гордеева, Амурский НПЗ не будет конкурировать с крупными нефтяными компаниями на рынке продажи топлива Дальнего Востока. «Мы выполняем распоряжение президента экспортировать в Китай не сырую нефть, а нефтепродукты», — сказал он. Гордеев подтвердил, что по итогам профильных совещаний в Минэнерго ему известно о позиции как «Газпром нефти», так и «Роснефти», которую он также называет противником появления завода. По его словам, после начала переговоров о перевозке нефти для нужд предприятия с Григорием Березкиным и его железнодорожным терминалом Уяр активизировались переговоры с добывающими нефть в Красноярском крае компаниями. «Через один-полтора месяца у нас будут подписаны контракты на поставку нефти», — сказал он РБК.

Источник РБК в «Роснефти» сомневается в том, что Амурский НПЗ получит желаемые 6 млн т нефти на переработку: «И мы, и все остальные крупные компании отказали им в продаже нефти. Этот завод никому не нужен. Если на Дальнем Востоке будет построен Восточный нефтехимический комбинат, то ни о каком дефиците топлива не может быть и речи», — полагает собеседник.

В сентябре 2016 года Амурский НПЗ подписал предварительные протоколы о намерениях по поставкам нефти на завод с двумя малоизвестными нефтяными компаниями, одна из которых — компания «Харьяга» (на 95% принадлежит структурам бизнесмена Александра Мамута, состояние которого Forbes оценивает в $2,6 млрд). Генеральный директор «Харьяги» Богдан Плотников в сентябре говорил РБК, что компания договорилась о поставках нефти для Амурского НПЗ в объеме не менее 1,5 млн т с 2019 года с возможным увеличением объемов в дальнейшем. Второй потенциальный поставщик на завод — компания «Туймааданефть» с месторождениями в Якутии — обещала начать поставки на завод не менее 2 млн т нефти ежегодно после 2020 года.

Представители «Газпром нефти» и «Роснефти» от комментариев отказались. Представитель ННК не ответил на запрос РБК. Представитель «Транснефти» не стал комментировать служебную переписку, уточнив лишь, что компания не изменила своей позиции по поводу Амурского НПЗ: его нецелесообразно подключать к ВСТО из-за отсутствия гарантий по поставкам нефти, а также без учета в смете строительства завода финансирования на расширение трубопровода под нужды этого завода.

Http://nangs. org/news/business/gazprom-neft-raskritikovala-proekt-amurskogo-npz

3 августа 2017 года, во время своей поездки по Дальнему Востоку, Владимир Путин прибыл с визитом в город Свободный Амурской области, где на торжественной церемонии дал старт заливке фундамента Амурского газоперерабатывающего завода (АГПЗ). Наверное, все вы видели подобного рода информационные сообщения, облетевшие все наши СМИ, из которых можно было, как изюм из белки, «выковырнуть» чуточку больше информации, чем «ленточки, туш, фейерверки».

Первые две технологические линии завода должны быть сданы в эксплуатацию в мае 2021 года, чтобы обеспечить переработку 14 млрд кубометров природного газа в год, всего будет шесть таких линий. На строительстве будет задействовано до 25 тысяч человек, после полного запуска всех производственных линий число сотрудников составит две с половиной – три тысячи человек. Вот еще несколько фраз, произнесенных президентом:

«Строительство АГПЗ … создаст условия для строительства еще одного крупнейшего и в стране, и в мире Амурского газохимического комбината (АГПК)»

И еще сколько-то слов про газификацию Амурской области, что очень важно, поскольку на день сегодняшний этой газификации просто нет.

Начнем с того, про что больше в статье вспоминать не будем – с этой самой газификации. Пожелание «за все хорошее» из уст президента всегда приятно услышать, но проза жизни заставляет чесать в затылке. Амурская область это не только 23 населенных пункта с численностью населения свыше 4’000 человек, это еще несколько районов, заниматься газификацией которых – только медведей смешить. Мазановский район – это 28’000 квадратных километров и 13’000 населения, то есть один человек на два квадратных километра. Густонаселенный район, между прочим, поскольку есть еще, к примеру, Тындинский район 83’000 кв. километра и 14’000 человек или один человек на пять квадратных километров. Газифицировать. Ну-ну.

Ладно, пусть те, кто готовил речь президента, веселятся, как умеют, а мы с вами попробуем понять – что такое АГПЗ, почему его решили строить именно там и что даст городу Свободный, Газпрому (а АГПЗ будет строить именно он) и государственному бюджету эта грандиозная стройка. Реально завод будет находиться в 15 км от Свободного и займет 800 гектаров территории – вы часто такие числа слышите, когда речь о промышленном производстве идет? Расстояние в 15 км – это не только требование экологов, но и «точное попадание» АГПЗ в пределы ТОР «Свободный», которая создана постановлением правительства РФ в июне этого года. Что еще интересного? Свободный стоит на правом берегу Зеи, ниже Зейской ГЭС по течению – следовательно, от наводнений он более-менее защищен. Почему «более-менее»? Так «в комплекте» к Зейской ГЭС наши гидростроители, судя по всему, лелеют план построить еще и контрплотину Нижне-Зейской ГЭС, но об этом чуть позже.

Строительство Амурского газоперерабатывающего завода, Фото: gazprom. ru

В советские времена был в Свободном собственный речной порт. Был, да сплыл в лихие девяностые, вот и приходится Газпрому новый причал строить – газовикам речное сообщение понадобится. А еще Свободный – крупный транспортный узел, в нем сходятся Забайкальская железная дорога и сразу несколько автомобильных шоссе. Население в наши времена – около 50 тысяч человек, и новый микрорайон на 5’000 квартир, который собирается для своих будущих сотрудников строить Газпром, будет для Свободного большим событием.

Не исключено, что, если все пойдет удачно, если Сибур не изменит свои планы и действительно построит еще и АГПК, то город обязан будет обеспечить еще 3’000 специалистов для этого предприятия. Речной порт и железная дорога, грузопоток по которой увеличится, тоже дадут дополнительные рабочие места. Наверняка больше работы станет и у единственного в области Свободненского вагоноремонтного завода, который специализируется на вагонах и полувагонах, а химическим заводам понадобятся цистерны. В общем, если все планы удастся реализовать – население города Свободный удвоится. И это тоже будет уникальным событием в истории постсоветской России, такого мы не наблюдали уже очень давно.

Почему Газпром намерен строить АГПЗ именно в Свободном? Завод будет стоять практически «на трубе», на «Силе Сибири», последний стык на этом магистральном трубопроводе должен быть сварен в 2019 году. В мае 2014 года, когда был подписан договор между Россией и Китаем, это было самой настоящей мировой сенсацией, но, как это часто бывает, всего за три года он ушел из центра нашего внимания, несмотря на всю свою грандиозность с масштабностью. 38 млрд кубометров газа в год – таким должен стать наш экспорт в Китай по этой газовой магистрали. Почти 10 млрд долларов стоит только сам газопровод, выручка будет составлять 5-6 млрд долларов ежегодно. Договор вступил в силу через год после его подписания – в мае 2015, а в первых числах июля он стал наполняться еще большими «подробностями».

Газпром и CNPS подписали соглашение о дате начала поставок по «Силе Сибири» – этим днем должно стать 19 декабря 2019 года. Длительность контракта составляет 30 лет, то есть и сама магистраль, и АГПЗ, который ее «оседлает» – это всерьез и надолго. Но это – «выходное отверстие» трубопровода, тут понятно. Вы, уважаемые читатели, помните, откуда именно на входе возьмется триллион с лишним кубометров природного газа? Правильный ответ – из Сибири, но давайте-ка присмотримся повнимательнее.

Чаяндинское месторождение, Ленский и Мирненский районы Якутии, примерно в 150 км к западу от города Ленска. Но это – географическое местоположение, а у геологов районирование выглядит несколько иначе. Для них Чаяндинское месторождение относится к Непско-Ботуобинской нефтегазоносной области, в которой в настоящее время разведано 13 месторождений нефти и газа, среди которых три крупных и одно – уникальное, то самое Чаяндинское. Уникальность его можно увидеть простым способом – вчитаться в числа. 68,4 млн извлекаемых тонн нефти и конденсата или, в баррелях – 500 млн. Сколько сейчас «бочка» на мировых рынках, 50 долларов? Стало быть, только нефти тут на 25 миллиардов долларов. И не очень глубоко – от 1’400 до 1’900 метров. Правда, качество нефти – так себе, много смолы, серы и парафина. По сравнению с газом ее тут «кот наплакал», профессионалы называют такое сочетание – много газа и мало нефти – «оторочкой», и разработку месторождения начинают именно с нее.

Чаяндинское нефтегазоконденсатное месторождение — одно из крупнейших на Востоке России, Рис.: gazprom. ru

Но вот только ничего не слышно о том, что Газпром собирается заниматься этой оторочкой – тяжелая нефть, не просто ее извлекать. Предлагаем галочку, все таки, поставить, чтобы не забывать одним глазом посматривать за новостями по этому поводу. А извлекаемого газа в Чаяндинском месторождении – 1,24 триллиона кубометров, то есть, по самым грубым подсчетам, где-то так на 180-200 млрд долларов по сегодняшним ценам. Почему такой разброс? Геоэнергетика обычно старается считать как можно точнее. Да все дело в гелии, которого в составе природного газа Чаяндинского месторождения около 1,4 млрд кубометров. А с «солнечным» газом на мировых рынках сейчас какая-то совсем не простая обстановка, поскольку 30% его мировой добычи выдавал на-гора Катар. Глагол «выдавал» – именно в прошедшем времени, поскольку после начала экономической блокады полуострова, Катар добычу приостановил. Но подробнее про гелий чуть позже, тема действительно становится все более интересной. Чаянда – место с крайне суровым климатом, большое по площади, осваивать его Газпрому придется старым способом, вахтами.

Есть даже намерения отдаленные буровые электрифицировать при помощи ВИЭ, тоже интересно будет понаблюдать. Опыт с установкой солнечных электростанций за Полярным кругом уже имеется, РусГидро ввела их уже больше десятка и на практике убедилась, что на Крайнем Севере такое чудо техники экономически более выгодно, чем на юге нашей страны.

А еще Чаяндинское месторождение интересно тем, что, если верить сообщениям самого Газпрома, здесь будут развивать совершенно новую технологию добычи гелия:

«На Чаяндинском месторождении впервые в России в промышленном масштабе будет использована технология мембранного извлечения гелия из природного газа непосредственно на промысле», Источник: Газпром

Суть технологии достаточно проста – если прогонять природный газ после предварительной очистки на установке комплексной подготовки газа, через установку, в которой ему придется «проталкиваться» через специальные мембраны-фильтры, размеры отверстий в которых подобраны по определенному алгоритму, то через мембрану пройдет только гелий. Природный газ уйдет в магистральный трубопровод, газ, в котором гелия уже намного больше, чем только что было, протолкнут еще через одну мембрану – это будет второй ступенью его очистки. Природный газ – снова в магистраль, а теперь уже практически чистый гелий технологи намерены закачивать обратно в газоносные пласты, чтобы извлекать его оттуда только тогда, когда на его конкретное количество будет появляться конкретный спрос. В процитированном тексте с сайта Газпрома судьба гелия определена как-то иначе, но пока это только планы, будем следить, как наши газовых дел мастера будут осваивать эту мембранную технологию. Она, на самом деле, отнюдь не нова, новыми станут огромные объемы работы, но тем интереснее будет наблюдать за событиями.

Проектная мощность добычи газа на Чаяндинском месторождении – 25 млрд кубометров в год. Да, правильно, для «Силы Сибири» и выполнения контракта с китайским партнером этого недостаточно. Но паники нет, поскольку недалеко от Чаянды – по сибирским, конечно, меркам – в Иркутской области у Газпрома есть еще одно месторождение, Ковыктинское. Очень большая площадь – почти 7’500 квадратных километров, огромность не позволила ему поместиться в административные границы Жигаловского района, часть «уходит» в Усть-Кутский и Казачинско-Ленский районы. Жигаловский район это почти 23’000 квадратных км территории и целых восемь с половиной тысяч жителей, на 34’500 «квадратах» Усть-Кутского района с трудом, но смогли разместиться почти 50’000 человек (из которых 42’000 – в самом Усть-Куте), на 33’000 «квадратах» Казачинско-Ленского района теснятся 17’000 человек. Удивительно обжитые места! Ковыкта – это часть высокогорного Лено-Ангарского плато, покрытого темнохвойной тайгой, кое-где еще и с вечной мерзлотой. Разработка месторождения будет затруднена не только климатом, но еще и резко пересеченным рельефом – каньоны, глубокие долины речек. За что предстоит бороться? 2,5 триллиона кубометров извлекаемого природного газа и 86 млн тонн газового конденсата. Так что климат климатом, а работать надо – чтобы добыча вышла на расчетные 25 млрд кубометров ежегодно.

«Доразведка северной части месторождения может обеспечить прирост запасов до 3 трлн м 3 »

Так что район добычи еще осваивать и осваивать. Велики запасы гелия и здесь, геологи дают цифру в 2,3 млрд кубометров, здесь уже идет отработка использования мембранного метода очистки в условиях промысла.

Как видим, запасов природного газа в этих двух месторождениях вполне достаточно, чтобы обеспечивать потребности Китая лет на сто вперед, да и для собственных наших нужд его тут предостаточно. Вот теперь, с учетом всех этих сведений, давайте вернемся к началу статьи, чтобы разобраться, строительство какого объекта открыл президент России.

Вот объемы годовой переработки, запланированные для АГПЗ Газпромом. Этан – 2,5 млн тонн, пропан – 1 млн тонн, бутан – 500 тысяч тонн, пентан-гексановая фракция – 200 тысяч тонн в год и производство гелия – до 60 млн кубометров. Давайте очень грубо, приблизительно, посчитаем экономику процесса, чтобы понять, выгодное ли дело задумано и, если выгодное, то насколько. Проектная мощность переработки АГПЗ – 42 млрд кубометров природного газа в год, а в Китай будет продаваться 38 млрд кубов, то есть 4 млрд кубов мы не продаем, поскольку они на заводе и становятся теми самыми этаном, пропаном, бутаном, гелием и петан-гексаном. Предположим, что тысяча кубометров природного газа условно стоит 150 долларов – учтем необходимость возвращения инвестиций в прокладку «Силы Сибири». В таком случае получаем «минус» 600 миллионов долларов, и теперь остается прикинуть, сколько может стоить на мировых рынках продукция АГПЗ. Пропан сейчас стоит около 365 долларов за тонну, бутан – около 440 долларов, то есть по ним АГПЗ может (условно, цены меняются) получить те самые 600 млн долларов, которые мы засчитали в «минус». Этан сейчас стоит не дорого, порядка 100 долларов за тонну, хотя имеется тенденция к росту. Но и при нынешних ценах это еще 250 млн долларов в «копилку» АГПЗ.

Вот теперь давайте подробнее о гелии. Гелий – это не только детские воздушные шарики на праздниках, но и весьма востребованный товар на мировом рынке. Гелий инертен, не горит, поэтому он востребован в металлургии. В инертной среде производят металлический уран, плутоний, цирконий, титан, литий и много других металлов. Нужен сверхчистый металл – его отливку придется обрабатывать гелием. Его используют при сварке крупных деталей из цветных металлов, поскольку он способен дать более высокую температуру, чем аргон. Гелий нужен в магнитных томографах, микроэлектронике, для охлаждения атомных реакторов, для заполнения метеорологических зондов, он нужен для криогенных установок, обеспечивающих сверхпроводимость материалов. Гелий используют в космических программах – в двигателях на жидком топливе, где этот газ под высоким давлением заполняет топливные баки по мере выработки топлива, чем обеспечивают жесткость конструкции.

Продолжать список можно долго, но важнее всего в нашем случае, что потребность в гелии в мировой науке и промышленности растет год от года. Год назад кубометр гелия стоил около 70 долларов за кубометр, а осенью этого года – 86. В чем причина? С рынка производства летом ушел Катар, чья доля в мировой торговле составляла от 25 до 30 процентов. Катар получал гелий при сжижении природного газа, а поставлял на биржевые площадки в Дубай сушей, через территорию Саудовской Аравии, в июне началась экономическая блокада полуострова. Катарцы заполнили все имеющиеся в их распоряжении емкости – и все, встали. Традиционный лидер рынка – США, заканчивает распродажу своих стратегических складских запасов, их доля в 18% расти не будет по простой причине – гелия на территории Штатов не так уж и много, порядка тех же 18% мирового запаса. Алжир обеспечивает около 10% мировой торговли гелием, но и его ресурсы подходят к концу. Если проблемы Катара будут продолжаться долго, то мировой рынок ждет серьезный дефицит, как это отразится на ценах – очевидно.

Понятно, что Катар потенциально способен заменить Иран, поскольку природный газ эти две страны добывают из одного месторождения, хоть и дали ему разные названия – из Южного Парса. Но для этого Ирану нужно строить заводы по сжижению природного газа, на это уйдет какое-то время, потому у России и Газпрома есть шанс оказаться в нужное время в нужном месте. Обычное содержание гелия в природном газе составляет порядка 0,1%, но Чаяндинское и Ковыктинское уникальны еще и тем, что в их газе гелия больше в 5-8 раз. Конечно, вряд ли Газпром «вышвырнет» на рынок все 60 миллионов кубометров, но на этом анализ того, что даст России АГПЗ, можно и закончить.

Сверьтесь с калькулятором самостоятельно, уважаемые читатели, а мы напомним, что именно Китай и Юго-Восточная Азия становятся лидером по потреблению гелия. Регион, к которому город Свободный поближе, чем все остальные производители. Свободный – город и станция на Забайкальской железной дороге и город, в котором Газпром уже начал строительство речных пристаней. Так что, как видите, беглый анализ ситуации показывает, что инвестиции в развитие Дальнего Востока в Амурской области совершенно оправданы – и возведение завода, и строительство новых жилых кварталов, и государственные затраты на расширение ж/д станции окупятся многкратно.

Остается понять, по какой такой причине Китай мирно смотрит на то, что из газа, который они намерены покупать у России, извлекают все перечисленные составляющие. Но и ответ на этот вопрос – не бином Ньютона. Газ Китаю нужен, в первую очередь, для того, чтобы как можно быстрее и надежнее решить свои экологические проблемы – что такое смог в китайских городах, мы все прекрасно знаем. Уже есть государственная программа по закрытию электростанций, работающих на угле и замене их электростанциями газовыми. Китаю газ нужен для того, чтобы он стал электричеством, потому самое главное для него – теплота сгорания газа как топлива. Чем она выше – тем дешевле себестоимость генерируемой электроэнергии.

Да, и еще одно соображение – химически-экологическое. Что такое углекислый газ, помните? СО2. Чем больше в топливе углерода – тем больше его в выхлопных газах, после чего ему остается только соединиться с кислородом и отравить нам жизнь. Для тех, кто позабыл школьный курс органической химии, в очередной раз напомним формулы газов, входящих в состав «коктейля», который мы привычно называем «природным газом».

Продолжать не будем, мы вообще формулы тут написали только для того, чтобы вы убедились, что минимум копоти и сажи дает именно метан. Ну, и для справки: удельная теплота сгорания метана – 35,83 МДж/кубометр (мега Джоуль, миллион джоулей), она же для природного газа – 33,5 МДж/кубометр. Выстрел «в яблочко», как говорится – при минимальном содержании углекислого газа метан еще тепла дает больше, чем исходный «коктейль». Китай – в выигрыше. Как мы только что показали выше, в выигрыше и Россия. Проигравших просто нет – мы не на войне, мы просто развиваем промышленность, развиваем свой Дальний Восток, помогаем развиваться Китаю. Впрочем, есть один нюанс, который нам не очень нравится.

Все шесть производственных линий, которые будут работать на АГПЗ, будут произведены в Германии компанией Linde. Импортозамещение в газовой химии, весьма перспективной отрасли – отсутствует напрочь, нет никакой локализации весьма и весьма объемного заказа. Но тому, что у нас происходит в химическом машиностроении, стоит посвятить отдельную публикацию.

Размышлять о развитии Амурской области, не коснувшись развития энергетики с нашей стороны было бы непростительной оплошностью, так что позвольте пару слов. АГПЗ будет потребителем электроэнергии, причем потребителем крупным – по расчетам специалистов Газпрома, для нормального функционирования завода необходимо 164 МВт. Рост потребления неизбежен и для самого города Свободного, а в перспективе появится еще и газовый комбинат Сибура. Построить электростанцию, которая будет работать на газе, не получится – весь газ, который идет по «Силе Сибири» и не является сырьем для наших химиков, предназначен Китаю. Это простое соображение и стало причиной того, что на прошедшем весной Петербургском международном экономическом форуме было подписано соглашение о сотрудничестве между Сибуром и РусГидро. Соглашение так и называется – «О сотрудничестве в области обеспечения энергетическими ресурсами Амурского газоперерабатывающего комбината». Присоединится ли к этому соглашению Газпром или предпочтет строительство собственной электростанции – увидим, но, в любом случае, никто не помешает нам посмотреть-подумать, о чем может идти речь.

Николай Шульгинов (РусГидро, справа) и Дмитрий Конов (Сибур, слева) на подписании соглашения о сотрудничестве, Фото: rushydro. ru

На расстояниях до 300 км от Свободного имеются три ГЭС – Зейская, Бурейская и только что принятая в эксплуатацию Нижне-Бурейская. Да, на последней недавно был инцидент с системой водосброса, но генерировать электроэнергию ей это не мешает. Мощности Зейской и Бурейской уже задействованы, потребители у них имеются в достаточном количестве, эти вопросы Аналитический онлайн-журнал Геоэнегетика уже рассматривал. Но до окончания строительства и АГПЗ, и АГПК – еще несколько лет, к этому времени не останется свободной и той электроэнергии, которую вырабатывает Ново-Бурейская ГЭС. Проблема? Да как сказать…

После катастрофического дальневосточного наводнения лета 2013 года Владимир Путин дал распоряжение правительству России о том, что необходимо разработать план защиты Приамурья от подобных климатических аномалий. То, что правительственная комиссия после двух лет имитации бурной деятельности известила нас о том, что «климат вернулся в многовековую норму» – конечно, здорово, вот только нет никакой уверенности, что муссоны и Амур-батюшка в курсе этого замечательного вывода. РусГидро, которая рассчитывала на то, что распоряжения главы государства будут выполняться, добыла из сейфов пыльные архивы – технико-экономические обоснования строительства ГЭС на притоках Амура, разработанные еще в советское время. Таких проектов было девять – Шилкинская, Гилюйская, Нижне-Зейская, Нижне-Бурейская, Русиновская, Селемджинская, Нижне-Ниманская и две ГЭС на реке Большая Уссурка (Дальнереченские ГЭС). Конечно, ТЭО, разработанные Ленгидропроектом еще в конце 70-х годов, основательно устарели, сейчас гидроэнергетики имеют в своем распоряжении куда более совершенную технику. Но, если говорить только об объемах водохранилищ этих ГЭС – они вряд ли сильно изменятся, а все вместе они способны вместить в свои водохранилища 33 кубических километра воды или, если в кубометрах – 33 миллиарда. Наводнение 2103 года, которое едва не стало губительным для всего Приамурья – это разлив притоков Амура, общий объем которого гидрологи оценили в 30 кубических километров. Как видите, цифры показывают, что, решив проблему электрогенерации за счет перечисленных ГЭС, Россия гарантировала себе надежную защиту нашего Дальнего Востока от рисков, связанных с возможным повторением погодной аномалии.

В 2013 году еще большего масштаба катастрофы удалось избежать только благодаря тому, что надежно сработали плотины Зейской и Бурейской ГЭС, принявшие максимально возможные для них объемы паводка. Ну, а этим летом у них появилась «помощница» – плотина Нижне-Бурейской ГЭС, проекты всех остальных ГЭС ради экономии государственного бюджета, снова легли под сукно. И соглашение по поставкам электроэнергии в Китай в этом году снова будет выполнено только частично, Россия никак не может поднять объем поставок выше 3,3 млрд кВт*часов.

Для потребностей газовых химиков самое логичное – закончить каскад ГЭС на Зее, то есть построить Нижне-Зейскую ГЭС. Ленгидропроект рассчитывал, что объем ее водохранилища составит один кубический километр, при этом на ней будут установлены гидроагрегаты мощностью в 400 Мвт. Очевидно, что этого будет вполне достаточно для двух газохимических предприятий Свободного и для самого города, который, если все сложится удачно, будет расти и расти. Но после новости о подписанном в Санкт-Петербурге соглашении между государственным и частным концернами, ничего утешительного, обнадеживающего мы не слышим. Мало того – 29 августа совет директоров РусГидро принял решение о ликвидации АО «Нижне-Зейская ГЭС» с формулировкой «в соответствии с планом мероприятий отчуждения непрофильных активов», хотя никакого уточнения по поводу строительства ГЭС на сайте компании при этом не появилось. Что это может значить, мы наверняка узнаем в ближайшее время. Нельзя исключать, что по причине отсутствия финансирования и поддержки со стороны государства государственная же компания окончательно «закрыла» этот проект, а в результате развития совместного проекта с Сибуром появится план строительства тепловой электростанции.

Но все эти соображения не мешают нам высказать наше личное мнение. На наш взгляд, реализация проекта Нижне-Зейской ГЭС гармонизировало бы планы Газпрома и Сибура: два газоперерабатывающих предприятия, растущий город и «собственная» электростанция стали бы законченным территориальным комплексом, реализацией «плана ГОЭЛРО для Амурской области». Остается заметить, что РусГидро уникальна тем, что, пусть и со сложностями, с изменениями, но все таки смогла реализовать первый в новой России крупномасштабный государственно-частный проект Богучанского энергометаллургического объединения, наработав опыт совместной деятельности с частной компанией. В Красноярском крае им был Русал, в Амурской области, если не произойдет ничего экстраординарного, им станет Сибур, вот только теперь гидроэнергетики уже имеют опыт, который поможет избежать ошибки, учесть все «тонкие» места.

Гидроэнергетики чувствовали бы себя еще более уверенно, если бы к соглашению о развитии энергетического потенциала Дальнего Востока присоединился бы и Газпром. Тогда бы легче решались проблемы с финансированием, а планы государственной энергокомпании РусГидро не так бы сильно зависели от интересов частного партнера, каковым является Сибур. Однако строительство ГЭС дело не быстрое, АГПЗ могут закончить раньше, чем можно решить вопросы с возведением Нижне-Зейской ГЭС, потому куда вероятнее, что Газпром решит вопрос энергообеспечения своего завода самостоятельно.

Вот таким получился далеко не полный анализ события, произошедшего с участием президента России в городе Свободный 3 сентября 2017 года. Как видите, для этого пришлось «пробежаться» от Заполярья до Персидского залива и обратно, но такой уж характер присущ геоэнергетике – не признает она политических границ и охватывает порой одновременно несколько отраслей экономики. Ну, а наш журнал в следующих публикациях постарается рассказать еще об одном проекте, в котором энергетическая компания для реализации своих планов берется за комплексное развитие еще одного региона России. Впереди – «путешествие» в Архангельскую область.

Http://geoenergetics. ru/2017/09/27/gazovye-perspektivy-dalnego-vostoka/

В Дальневосточный регион входят: Республика Саха (Яку­тия) Приморский и Хабаровский края, Амурская, Камчатская, Магаданская и Сахалинская обл. Дальневосточный регион — са­мый обширный, его территория составляет 6216 тыс. км2 (при­мерно 1/3 территории России), население — 7505 тыс. чел. (около 5% населения Российской Федерации), в том числе го­родское — 5687 тыс. чел.

Дальний Восток — это регион с весьма разнообразными природно-климатическими условиями, слабозаселенный (сред­няя плотность населения — 1,2 чел/км2), недостаточно освоен­ный в промышленном и сельскохозяйственном отношении. Он простирается от Ледовитого океана на севере до Уссурийской тайги на юге, что соответственно требует разнообразия, а зача­стую и нестандартных подходов при подготовке и принятии ре­шений по топливо – и энергообеспечению его отдельных районов. Несмотря на богатейшие природные условия, уровень техноло­гического развития региона, его инфраструктуры много ниже среднего по России. Здесь главным образом развивалась добыча и первичная переработка ценных природных ресурсов — мине­рального сырья, древесины, морепродуктов. Особенность регио­на — высокий удельный вес отраслей В П К (в основном произ­водство и ремонт морской и авиационной техники) и военной инфраструктуры в целом. Практически только для поддержа­ния функционирования перечисленных выше отраслей и про­изводств развивались энергетика, добыча и переработка нефти, строительство.

Значительной является и неравномерность в уровне разви­тия различных территорий внутри региона. Более или менее пропорциональным является производство в Хабаровском крае, Приморском крае и Амурской обл. Сложившаяся специализация региона на производстве сырьевых продуктов и продукции ВПК привела к тому, что основная часть производимых здесь това­ров вывозилась в западном направлении, откуда навстречу шла большая часть жизненно важных видов продукции. Соответ­ственно сложилась и жесткая зависимость региона от возмож­ностей и объемов финансирования из федерального бюджета.

К настоящему времени существенное развитие в регионе по­лучили цветная металлургия, добыча золота и алмазов, пищевая промышленность и предприятия лесного комплекса. Функциони­рование ТЭК региона в настоящее время основывается главным образом на использовании бурых и каменных углей.

На территорию Дальнего Востока приходится 35% всех угольных ресурсов страны (1878 млрд т), в том числе здесь сосредоточено около 10% всех балансовых запасов (категорий А+В + С,)углей России — 19,5 млрд т. Основной объем запа­сов (около 75%) приходится на Якутию, Амурскую обл. и При­морский край. По марочному составу угли региона очень разно­образны — от бурых (65% балансовых запасов) до антрацитов. Для открытой разработки пригодны около 10,7 млрд т категорий

Крупнейшим угольным бассейном Дальнего Востока явля­ется Ленский, суммарные ресурсы которого оцениваются в 1541 млрд т, из которых 57% — бурые. Однако геологическая изученность бассейна слабая, к запасам балансовых категорий относятся только 5,7 млрд т, т. е. всего около 0,4%. Угольные ре­сурсы Южно-Якутского бассейна оцениваются в 47,8 млрд т (ба­лансовые запасы — 5,6 млрд т). Угли этого бассейна каменные, преимущественно коксующиеся. Значительные ресурсы углей имеются и в других регионах Дальнего Востока — в Амурской и Магаданской областях (соответственно, 102,4 и 48,2 млрд т), в Хабаровском и Приморском краях (25,4 и 10,6 млрд т, соответ­ственно), на Сахалине (20,4 млрд т) и Камчатке (2,3 млрд т). Однако разведанность этих ресурсов крайне низка, причем даже на разведанных площадях, особенно в Амурской обл. и Примор­ском крае, преобладают низкокачественные запасы. В резуль­тате этого на Дальнем Востоке из 19 резервных участков пре­обладающее большинство их не может быть рекомендовано для освоения из-за низкого качества углей, а также по экономиче­ским факторам |8, с. 233|.

Нефтегазовые ресурсы Дальнего Востока приурочены в основном к Лено-Тунгусской и Лено-Вилюйской и Охотской неф­тегазоносным провинциям, Верхнебурейнскому и Анадырскому газоносным районам и шельфу арктических морей. Начальные суммарные ресурсы нефти по Дальневосточному региону оцени­ваются примерно в 9 млрд т, а газа — около 24 трлн м’. На шельфе морей находится 61% запасов нефти и 50% газа. Сте­пень разведанности ресурсов низка и составляет всего 4,5% по нефти и 6,4% по газу.

Газовые и нефтегазовые месторождения Республики Саха (Якутия) концентрируются в пределах Вилюйской впадины и Непско-Ботуобинского свода. Суммарные начальные ресурсы нефти и конденсата оцениваются здесь в 3,2 млрд т, природ­ного газа — 10,4 трлн м’. Основные разведанные месторожде – яия Якутии — Среднеботуобинское и Тас-Юрахское нефтега – зоконденсатные, Средне-Вилюйское, Средне-Тюнгское, Толон – Мастахское и Соболох-Неджелинское газоконденсатные, Верх – невилючанское, Иреляхское и Талаканское нефтегазовые, Ви – люйско-Джербинское газовое. Газы Якутии — этансодержащее с концентрацией гомологов метана 6. 12%, месторождение Не – пско-Ботуобинского свода характеризуются повышенным содер­жанием гелия. Нефти отличаются невысоким удельным весом низкой сернистостью (0,4. 0,6%), высоким выходом легких фрак­ций |7, с. 56|.

Значительные ресурсы углеводородов сосредоточены на шель­фе о. Сахалин, где в настоящее время открыты такие месторо­ждения, как Одопту-море, Пильтун-Астохское, Лунское, Арку – тун-Дагинское, Чайво и др. Четыре газовых месторождения (с балансовыми запасами около 23 млрд м’) открыты на Камчатке.

Велики на Дальнем Востоке также гидроэнергетические ре­сурсы рек (свыше 34% экономического потенциала), геотермаль­ной энергии (35%), энергии ветра (30%), солнца (37%), энергии приливов и океана. В частности уникальны по масштабам гео­термальные ресурсы Камчатки и Курильских островов, прилив­ной энергии Тугурского и Пенжинского заливов.

Особенности топливо – и энергоснабжения. В 1995 г. на Дальнем Востоке было добыто 33,8 млн т угля, 1,6 млн т нефти и 3,3 млрд м’ газа, произведено 38,5 млрд кВт-ч электроэнер­гии. Однако этого количества энергоресурсов региону не хва­тает и он относится к числу традиционно энергодефицитвых в России. Причины — просчеты в планировании развития Даль­него Востока при прежней системе и катастрофическая нехватка ресурсов для исправления положения в последние годы.

В результате тяжелейшего экономического кризиса, охватив­шего все регионы Дальнего Востока, суммарное энергопотребле­ние здесь сократил ось до 44,6 млн т условного топлива или на 24% по сравнению с 1990 г. Но и в этих условиях регион выну­жден ввозить для переработки около 2 млн т нефти, 4,5 млн т мазута, 6,5 млн т угля, около 4 млн т моторных топлив.

Испытывает Дальний Восток, особенно Приморский край, и дефицит электроэнергии. Суммарное электропотребление регио­на составило в 1990 г. 46,8 млрд кВт-ч. К 1996 г. оно сократи­лось почти до 36,9 млрд кВт-ч[35]. В структуре электропотребле­ния преобладает промышленное (более 41%). Характерным для региона является высокий удельный вес коммунально-бытовых потребителей (до 30% суммарного электропотребления).

На территории региона действует семь энергосистем: Амур­ская, Дальневосточная, Камчатская, Магаданская, Сахалинская, Хабаровская и Якутская. Установленная мощность электростан­ций Дальнего Востока составляет 11,1 млн кВт, в том чи­сле входящих в АО "Востокэнерго" 9,1 млн кВт. Преоблада­ющими в структуре генерирующих мощностей являются ТЭЦ (4,2 млн кВт) и ГРЭС (4,15 млн кВт). Доля ГЭС и АЭС соста­вляет соответственно 2,7 и 0,05 млн кВт.

Крупнейшими электростанциями в регионе являются: При­морская ГРЭС мощностью 1495 МВт, Зейская ГЭС — 1330 МВт и Вилюйская ГЭС мощностью 648 МВт.

Основным видом топлива для действующих тепловых элек­тростанций является уголь, доля которого в топливопотребле – нии составляет около 69%. Доля мазута равна 22%, природного газа — 7,5%, дизельного топлива — 1,5%. Большая часть (84%) потребности электростанций в угле обеспечивается за счет соб­ственных ресурсов, остальной уголь завозится со стороны — в основном из Восточной Сибири.

Теплопотребление от централизованных источников состави­ло в 1990 г. 109,7 млн Гкал. К настоящему времени оно снизи­лось почти на 20 млн Гкал. Как и в электропотреблении, здесь высок удельный вес промышленности (26. 28%) и коммунально – бытового сектора (55. 58%). Основные производители тепла — котельные (62%) и ТЭЦ (37%).

Большая часть территории Дальнего Востока относится к зо­не Севера. На Дальневосточном Севере потребляется примерно 28% электрической и 40% тепловой энергии от суммарного по­требления. На территории Севера насчитывается большое коли­чество изолированных потребителей с нагрузками до 3. 5 М Вт, которые обеспечиваются энергией от дизельных электростан­ций.

Теплоснабжение потребителей зоны Севера осуществляется в основном за счет индивидуального печного отопления и от мел­ких неэкономичных котельных на угле, в незначительных мас­штабах — на жидком топливе и природном газе.

Стоимость привозного топлива в северных районах очень ве­лика, что обусловлено большими затратами на транспортировку и хранение его на перевалочных базах. Транспортные расходы у удаленных потребителей составляют 50. 70% (а в отдельных случаях и до 90%) стоимости топлива.

Главным фактором, препятствующим нормальному энерго­снабжению потребителей, является неудовлетворительный топ­ливный баланс (в качественном и количественном’аспектах), от­сутствие четкой определенности в сроках и объемах разработки месторождений угля, газа, в поставках топлива. В результате этого ряд электростанций региона вынуждены сжигать непро­ектные угли ухудшенного качества, что приводит к недоисполь­зованию установленной мощности и значительному усложнению работы всего топливно-транспортного хозяйства.

Прогноз энергопотребления Дальнего Востока в значи­тельно больших масштабах, чем других регионов России, зави­сит от темпов и направленности структурных преобразований в экономике и ее открытости внешнему рынку. При проведении це­ленаправленной, грамотной государственной политики Дальний Восток, особенно его южная часть, может стать одним из про­цветающих районов России, ее мощным форпостом на Тихом океане.

Среди возможных проектов первоочередного внимания заслу­живает привлечение иностранных инвестиций и технологий для освоения месторождений шельфа Сахалина. Реализация подго­товленных к настоящему времени проектов (соглашений) осво­ения месторождений нефти и газа на континентальном шель­фе даст возможность принципиально по-новому решить пробле­мы топливно-энергетического комплекса Дальнего Востока пу­тем газификации региона и существенного сокращения строи­тельства дорогостоящих объектов угольной промышленности. Растущее значение Азиатско-Тихоокеанского региона и благо­приятное расположение Дальнего Востока по отношению к ряду стран (Китаю, Японии, Корее, Канаде, а также странам юго – восточной Азии) обусловливает широкие возможности коопера­ции и взаимовыгодной торговли на быстроразвивающемся Ти­хоокеанском международном рынке. Формирование свободных экономических зон, крупных финансово-промышленных групп, интеграция в тихоокеанский рынок позволит на длительную перспективу решить не только проблемы энергетики региона, но и обеспечить снижение социальной напряженности в регио­не за счет создания новых высокооплачиваемых мест, направить значительные средства на развитие социальной инфраструкту­ры. Таким образом, энергетическая политика на Дальнем Во­стоке может и должна быть направлена в первую очередь на эффективное использование преимуществ геополитического по­ложения региона (ворота России в Азиатско-Тихоокеанский ре­гион).

Соответственно, в этом случае можно ожидать высоких (су­щественно опережающих среднероссийские) темпов роста энер­гопотребления. Наоборот, при продолжении экономической по­литики 1993-1996 гг. край ожидает дальнейшее углубление кри­зиса, значительный спад производства, рост безработицы и от­ток населения в европейские районы России. В рамках работ над Энергетической стратегией России был принят вероятный сценарий развития производительных сил Дальнего Востока.

Как уже отмечалось, электропотребление региона характе­ризуется высокой долей расходов на коммунально-бытовые ну­жды и сельское хозяйство (в начале 90-х гг. — 31%). Исходя из рассмотренного сценария развития экономики их доля к 2010 г. еще более увеличится и достигнет 36. 38%. При этом суммар­ное внутреннее потребление электроэнергии в регионе достиг­нет 50. 60 млрд кВт-ч, что составит 107. 128% уровня 1990 г. (рис. 5.13).

Потребление тепла централизованных источников до 1998 г. остается практически стабильным на уровне 90. 100 млн Гкал, неизменной будет и его структура по направлениям использо­вания. К 2010 г. общие потребности района в теплоте возра­стут до 124. 127 млн Гкал. Потребление котельно-печного топ­лива в регионе за 1991-1995 гг. сократилось с 41 до 34 млн т условного топлива. В его структуре преобладает уголь (около 50%), и мазут (27%). Предполагается, что к 2010 г. потребле­ние котельно-печного топлива на внутренние нужды возрастет до 46. 50 млн т условного топлива. Одновременно произойдут существенные изменения в его структуре: доля газа возрастет в 5. 7 раз (до 12. 15%), а доля мазута снизится до 14. 16%. Од­нако и в перспективе основным топливом по-прежнему остается уголь.

Экономический спад привел к резкому сокращению потреб­ностей региона в моторном топливе (с 1990 г. по 1996 г. — на 4,8 млн т топлива или почти на 38%). По всей вероятности, в ближайшие годы можно ожидать дальнейшего снижения потре­бления здесь моторного топлива (до 7,5. 7,8 млн т/год), и лишь к 2000 г. — некоторого роста. К 2010 г. общее его потребление может составить 11,5. 13,0 млн т.

К 2010 г. практически не изменится схема топливо – и энерг – обеспечения зоны Севера — оно, по-прежнему, будет иметь оча­говый характер и ориентироваться в основном на привозное топ­ливо.

Http://msd. com. ua/regionalnye-neshneekonomicheskie-aspekty-energeticheskoj-politiki-rossii/dalnij-vostok/

15 апреля в Пекине делегация российских чиновников и крупных бизнесменов будет просить руководство КНР делать инвестиции в добычу полезных ископаемых на нашем Дальнем Востоке, преимущественно энергоносителей. Об этом в среду сообщил китайским СМИ Первый вице-премьер Игорь Шувалов. В качестве ответного жеста доброй воли российская сторона рассчитывает на допуск к строительству нефтеперерабатывающих заводов и инвестиции в сети автозаправок на территории Поднебесной.

При этом Шувалов уверил: «Еще месяц назад я слышал больше опасений со стороны специальных органов и министерств о том, что лучше, чтобы здесь были только русские инвесторы, потому что это стратегический интерес. Сегодня уже такого подхода нет, и даже когда мы обсуждаем компании, занимающиеся добычей минеральных ресурсов, мы уже готовы приглашать китайских инвесторов к таким совместным проектам».

— Это неравноценный обмен. Наша экспансия в Китай, если и состоится, будет исключительно в сфере бизнеса. Она не будет носить цивилизационный, культурный или политический характер. Вместе с тем, нельзя сомневаться, что китайская экспансия к нам будет многогранной, она мощно затронет все перечисленные сферы, — отмечает Директор Института национальной стратегии Станислав Белковский.

Уже сегодня несколько миллионов граждан КНР, — как легально, так и нелегально, — фактически проживают на Дальнем Востоке. Во многих крупных городах этого региона можно увидеть надписи на китайском языке, поскольку там живут устойчивые многочисленные диаспоры.

Руководству Китая, продолжает эксперт, на руку подобные процессы, поскольку в условиях огромного дефицита территории и ресурсов они стимулируют экспансию своего населения к нам, ведь у нас и территории, и природных ресурсов в избытке.

Поэтому опасения, что придут китайцы, все купят, везде поселятся, и их потом не выдворишь, на мой взгляд, не лишены оснований.

«СП»: — Как сегодня воспринимают эти тенденции российские регионы Дальнего Востока?

— Находясь на огромном удалении от Москвы, они чувствуют значительное отчуждение, а также чувство обиды из-за того, что Центр несправедливо распределяет природную ренту. На взгляд местных властей и жителей, конечно, следует оставлять больше денег там, где находятся места добычи полезных ископаемых, не обирать местные бюджеты полностью.

«СП»: — Так ли нам нужные китайские инвестиции в добычу наших же природных ресурсов?

— На мой взгляд, они не являются критически необходимыми. Наша страна не испытывает инвестиционный голод. А на проекты в сфере добычи и транспортировки нефти и газа, у России совершенно точно сегодня имеются собственные финансовые ресурсы в достаточном количестве.

«СП»: — Может быть, это такая плата за возможность проникнуть на китайский рынок автомобильного топлива, занять на нем весомую долю?

— Я совершено не понимаю, зачем это нам, ведь в этих проектах никогда не могут быть достигнуты те же цены и прибыльность, что и в тех, которые российские корпорации продвигают в Европе. Не вижу резона бежать и стараться, чтобы отдать свое «черное золото» по дешевке. И, кроме того, я знаю, что и китайцам наши нефтеперерабатывающие заводы на их территории абсолютно не нужны.

— В данном случае Россия в очередной раз подминает экономику под политические интересы. Но в чем они состоят? Свой Дальний Восток, по сути, мы используем как монету в игре: мы дружим с Китаем против Америки, — заявляет Заведующий отделением социальной и экономической географии Института географии РАН Сергей Сергеевич Артоболевский. А что нам сделала Америка? Сегодня нам надо ее благодарить за то, что она пришла в Афганистан, взяв на себя после распада СССР функции по поддержанию там порядка.

Конечно, Америка многих раздражает. Например, когда моя дочь училась в Нидерландах в 4 классе, то там весь класс смеялся, как только мальчик из США поднимал руку: «О, сейчас всех учить жить будет!» Как-то в Великобритании разговорился с одним негром, он выразил сожаление, что Россия больше не является в мире противовесом Америке, когда та учит всех жить. Но дело в том, что нам сейчас самим нечего показать миру, нет никакой идеи.

Вот зачем Россия заняла такую политику в отношении Северной Кореи? А принцип один: пусть у меня самого сдохнет корова, лишь бы у соседа сдохло две. Это очень опасные игры, вредные для нас. Но — назло Соединенным Штатам.

«СП»: — То есть предложение Китаю инвестировать, следовательно, в будущем контролировать наши стратегические запасы энергоносителей — это плата за дружбу против Америки?

— Да, точно такая же игра, как с Северной Кореей, сегодня идет в отношении Китая. В ней наше государство смешало все, что только можно смешать, экономика оказалась в служанках у непродуманной политики. И оттого обсуждаемые проекты совершенно не просчитаны. Я же считаю, что нам следует занимать английскую позицию: у Британии нет друзей, у Британии есть только интересы.

Поэтому нам надо просто просчитывать, что, например, нефть или газ, в каких количествах, и по каким ценам, нам выгодно продавать в Европу, а что — в Китай. Все остальное — совершенно непрофессионально!

Впрочем, есть и внутренние причины: слабая подготовка экономических проектов. Как-то я был на заседании в Иркутске, и там чиновники говорят, вот, пришло поручение президента уровнять плотность железнодорожной сети в Сибири и на Дальнем Востоке с ее плотностью на европейской части страны. Это же огромные суммы! А чиновники говорят: это всего 15 годовых бюджетов России, но ничего — будем исполнять. У наших политиков это такая игра — принимать решения, не опирающиеся на знания. В Америке сначала провели бы десятки исследований. У нас даже не спрашивают экспертного мнения у специалистов, прежде чем государственные программы подписывать.

Вот вам пример. Читаю недавно проект закона о местном самоуправлении. Там написано, что границы муниципального образования определяются пределами транспортной доступности в течение одного дня. Я за день из Москвы в Новосибирск доберусь! Оказалось, что кто-то из составителей просто скопировал текст дореволюционного закона, когда транспортом была исключительно лошадь…

«СП»: — То есть проекты, с которыми российская делегация отправляется в КНР, слабо подготовлены?

— Если говорить о Дальнем Востоке, то у нас даже нет управляющего органа, не только исследовательского. У нас есть отдельно министерство регионального развития, деятельность которого для меня непостижима и есть отдельно министерство по развитию Дальнего Востока и Забайкалья, смысл работы которого мне также не понятен. Кто чем занимается — не ясно. Ранее в советское время у каждого министра были замы, которые очень хорошо профессионально разбирались в отдельных сферах. А в этих министерствах нет таких экспертов.

Тот же Шувалов никогда ранее не занимался предметно проблемами Сибири и Дальнего Востока, его конек — в других сферах. Почему он сегодня курирует отправку делегации в КНР? Неясно. Но такое ощущение, что в нашем правительстве специалистов держат подальше от людей, принимающих решения. Все это я сказал, чтобы была понятна степень проработанности тех предложений, взаимных проектов в экономике, которые наша делегация собирается предлагать Пекину 15 апреля.

Http://svpressa. ru/economy/article/66648/

Презентация проекта будущего НПЗ в одном из учебных заведений Находки длится уже час. Нефтяникам – представителям Восточной нефтехимической компании – преподаватели и студенты задали десятки вопросов: о влиянии комплекса и стройки на экологию, о прокладке водоводов, газо – и нефтепроводов, об экспорте и импорте продукции, о рабочих местах и уровне зарплат.

Перспективы проекта, казалось бы, очевидны: 1 трлн рублей налогов в бюджеты всех уровней, измеряемое десятками тысяч потенциальное количество рабочих мест, ликвидация топливного дефицита, качественный бензин по стабильным ценам, развитие производства, строительство новой инфраструктуры… Но все же в конце встречи звучит еще один вопрос: «Это все хорошо, но мне непонятно, что я и обычные жители города получат от этого завода?»

Оператор проекта, дочернее общество «Роснефти» Восточная нефтехимическая компания за последний месяц провела десятки презентаций для населения, представителей бизнеса, власти, коллективов предприятий. Вопрос о выгодах звучал практически на каждой встрече. Фразы «мультипликативный эффект», «инвестиции», «толчок для экономики» для большинства слишком расплывчаты. Так давайте попытаемся понять, что за ними кроется и кому действительно выгодно строительство НПЗ?

Данный проект – строительство комплекса нефтехимических и нефтеперерабатывающих производств мощностью до 30 млн тонн углеводородного сырья в год – уже третий для ВНХК. Комплекс планируется разместить в пади Елизарова, это под Находкой, но на территории Партизанского района, рядом с поселком Новолитовск.

Первый проект, мощностью до 20 млн тонн по сырью, располагался на этой же площадке и был ориентирован на экспорт нефтепродуктов. В 2010 году «Роснефть» приняла решение переориентировать завод на производство нефтехимии и уменьшить его мощность, площадку перенесли в район порта Восточного. Однако в марте 2013 года президент России Владимир ПУТИН дал поручение нефтяной компании устранить дефицит топлива на Дальнем Востоке. «Роснефти» пришлось вновь менять конфигурацию ВНХК. В связи с увеличением мощности завод вернули в Елизарова.

По расчетам компании, строительство нового мощного производства – единственная возможность решить вопрос топливного дефицита не только на ближайшие годы, но и на перспективу. Производство топлива в Приморье должно положительным образом отразиться и на его стоимости.

– Мы не можем сейчас гарантировать, что бензин станет дешевле значительно, основная часть стоимости топлива приходится на акцизы и налоги, кроме того, мы должны учитывать инфляцию. Но строительство ВНХК как минимум позволит стабилизировать цены на топливо и снизить розничные цены на сумму транспортных расходов. Сейчас недостающие объемы топлива на Дальний Восток идут с НПЗ Сибири, стоимость доставки одного литра – от 2 до 4 рублей, – говорит и. о. заместителя генерального директора ЗАО «ВНХК» по развитию Максим КУВШИНОВ.

– Все говорит о том, что после строительства ВНХК цены на нефтепродукты будут сопоставимы со стоимостью автомобильного топлива в Центральной России. В частности, Приморью в этом плане повезет больше всех. Край должен встать в один ряд с регионами, где располагаются крупные центры нефтепереработки и топливо самое дешевое в стране – это Татарстан, Омская область, – считает доктор экономических наук, директор Института международного бизнеса и экономики (ИМБЭ) ВГУЭС Александр ЛАТКИН.

Кстати, литр 92-го в Омске стоит в среднем 29 рублей против 34 рублей в Приморье. Выгода для населения очевидна, транспортом так или иначе пользуется каждый из нас, и затраты на транспортные расходы закладываются во все без исключения товары и услуги.

Проект ВНХК должен до 2030 года пополнить бюджеты всех уровней на 1 трлн рублей. Для примера, это примерно 13 годовых бюджетов Приморского края, 400 годовых бюджетов Находки или 2,3 тыс. годовых бюджетов Партизанского района.

Однако местное население это сумма не особенно впечатляет. Главным образом потому что среди жителей действует распространенное заблуждение: все налоги уйдут в Москву.

– Сейчас ЗАО «ВНХК» зарегистрировано в Находкинском городском округе, в Партизанском муниципальном районе пока действует обособленное подразделение. В дальнейшем предприятие будет зарегистрировано в Партизанском районе, соответственно, основные доходы пойдут туда. Но и сейчас бюджет Партизанского муниципального района получает арендные платежи за землю, – прокомментировали в финансовой службе Восточной нефтехимической компании.

Уже по итогам 2014 года краевой бюджет получит свыше 57 млн рублей (НДФЛ, налог на имущество, транспортный налог), бюджет Находки – свыше 32 млн рублей (НДФЛ, налог на землю, аренда земли), казна Партизанского района пополнится почти на 150 млн рублей за счет налога на землю и арендных платежей.

Для Партизанского района земельный налог от ВНХК и платежи за аренду земли на период строительства станут основным доходом, к 2018 году их сумма превысит 420 млн рублей в год. Для сравнения, по итогам текущего года совокупный доход местного бюджета должен составить порядка 550 млн рублей. То есть ВНХК способна увеличить его вдвое только за счет аренды земли.

По прогнозам компании, в период с 2021 по 2030 годы доходы краевого бюджета от налоговых поступлений ВНХК будут варьироваться от 13 до 32 млрд в год, бюджет Партизанского муниципального района в качестве налогов будет получать от 400 до 620 млн рублей ежегодно.

Значимость налоговых поступлений трудно переоценить. Как известно, от доходов бюджетов зависит вся социальная сфера городов и поселений, начиная от состояния дорог, школ, спортивных секций, детских садов и больниц, заканчивая зарплатами бюджетников. При этом ни одно направление деятельности не в состоянии обеспечить такие объемы доходов в бюджеты, как промышленость.

Новое масштабное производство не может обойтись без современной инфраструктуры. В этой части у юга Приморья есть определенная напряженность. В Находке большую часть года нет горячей воды – котельные работают на дорогом и крайне неэкологичном мазуте, – в Новолитовске и вовсе нет полноценной системы водоснабжения, многие до сих пор ездят за водой на речки.

Строительство ВНХК предполагает более 100 млрд рублей инвестиций в инфраструктуру. Это строительство автомобильных и ж/д дорог, водохранилища, реконструкция водозабора и водоводов, строительство современной ТЭС на газе, морского терминала и жилого микрорайона в Находке.

Несмотря на то что объекты необходимы заводу, их мощностей хватит на обеспечение поселений Партизанского муниципального района и Находки.

«Газовая ТЭС ВНХК позволит нам обеспечить дополнительные мощности по энергоснабжению нашего города. Сейчас Находка потребляет более 100 тысяч тонн мазута на отопление. А это очень дорого. В этом смысле ВНХК сможет поспособствовать снижению тарифов на отопление, – говорит заместитель главы Находкинского городского округа Сергей СТРОЕВ. – Мы уже запланировали реконструкцию существующих котельных в тепловые пункты. Переход на газ означает сокращение вредных выбросов в атмосферу и круглогодичное снабжение жилфонда Находки горячей водой. Также проектом предусмотрена реконструкция Екатерининского водозабора – единственного источника воды для города. А строительство водохранилища на реке Новорудной позволит в полной мере обеспечить водой поселки Ливадия и Южно-Морской. Району необходима новая инфраструктура, такие глобальные задачи город сам решить не сможет».

Все вышесказанное актуально не только для Находки, но и для Партизанского района, а именно для близлежащих к промышленной площадке комплекса Новолитовска и Волчанца. Более того, первые шаги в этом направлении уже сделаны, до запуска новых водоводов еще далеко, поэтому ВНХК выделила администрации Новолитовского сельского поселения 10 млн рублей на водообеспечение этих двух поселков.

«Находка раньше всегда считалась городом моряков, рыбаков и портовиков, но сегодня такой статус город теряет, остается всего несколько предприятий морского направления, они в десятки раз снизили объемы работы, – говорит глава Находки Олег КОЛЯДИН. – Развитие города невозможно без технического прогресса. Наш незамерзающий порт и географическое положение делают территорию привлекательной для строительства крупных предприятий, таких как нефтеперерабатывающий комплекс Восточной нефтехимической компании. Необходимо использовать преимущества ВСТО и не только отгружать сырье в АТР, но и перерабатывать его здесь, чтобы обеспечить регион бензином, развивать смежные отрасли».

Развитие смежных производств – и есть перспективная цель строительства под Находкой нефтеперерабатывающего и нефтехимического производства. ВНХК должна стать ядром Дальневосточного газонефтехимического кластера, а сам кластер – развернуть экономику от экспорта сырья к его переработке в продукцию с высокой добавленной стоимостью.

Из полимеров сегодня производят сотни видов самой разнообразной продукции, но парадокс в том, что Россия вынуждена закупать сами полимеры либо продукцию, произведенную из них за рубежом. И нередко эти продукты произведены из нашей же нефти.

«В 2012 году производство полимеров в России составило 3,5 млн тонн при внутреннем потреблении 5 мнл тонн. Мы вынуждены закрывать дефицит по ряду позиций за счет импортных поставок. Упущенная выгода. Пока мы закупаем товары, которые вполне могли бы производить сами, теряем налоги, рабочие места. Конечно, не всегда нужно стремиться к импортозамещению, но там, где это возможно, учитывая наш сырьевой потенциал, к этому нужно стремиться. Мы должны стать хозяевами на собственном рынке», – подчеркнул президент РФ Владимир Путин на совещании по вопросам развития нефтехимической промышленности, состоявшемся в конце прошлого года в Тобольске.

ВНХК планирует производить нефтехимическую продукцию на втором этапе – с 2020 года. Предполагаемая мощность – порядка 2 млн тонн полимеров в год. Руководство ВНХК подчеркивает: отечественные производители в приоритете, на экспорт будут уходить объемы, не востребованные на внутреннем рынке.

При этом, по прогнозам экспертов, потребление полимеров в стране должно увеличиться в разы. Например, использование полипропилена в ЖКХ в России всего 3%, в мире этот показатель равен 35%. А применение продуктов в дорожном строительстве в нашей стране – 3%, в промышленно-развитых странах процент равен 10-15.

«Продукция нашего предприятия – это своего рода полуфабрикаты, из которых в дальнейшем производятся сотни видов конечной продукции, используемой в повседневной жизни. К примеру, пищевая упаковка, трубы, полимерные пленки, изделия для медицины и автопрома, термопластик и многое другое. Интерес к продукции есть уже сегодня, марочный ассортимент местные предприятия запрашивают постоянно», – говорит начальник отдела главного технолога ЗАО «ВНХК» Наталья ГРЕБЕНЮКОВА.

Как заявил недавно президент «Роснефти» Игорь СЕЧИН, на продукцию нефтехимического предприятия есть и конкретные заявки.

– Мы получили предварительные заказы от наших автомобилестроительных компаний, таких как «Соллерс», на весь объем выпускаемой продукции, с учетом потребления ими самими и потребления их партнерами, – отметил президент нефтяной компании в ходе совещания правительственной комиссии по вопросам социально-экономического развития Дальнего Востока под руководством премьер-министра Дмитрия МЕДВЕДЕВА.

При этом кластерный подход позволяет развивать не только крупные предприятия. Эффективность симбиоза между малым и средним бизнесом и крупными нефтехимическими производствами подтверждает отечественный опыт. В Тобольской и Тюменской областях, республике Татарстан и в других регионах России таким образом успешно развиваются целые индустриальные парки.

Однако главный плюс развития такого производства и сопутствующих предприятий для большинства жителей – создание новых рабочих мест.

Сам завод обеспечит работой не менее 10 тыс. человек на этапе строительства и не менее 4 тыс. на этапе эксплуатации. Однако, по оценкам экспертов, в целом газонефтехимический кластер способен создать от 80 до 100 тыс. рабочих мест.

«Нефтегазохимический комплекс развивает нашу экономику в новом направлении. Мы рассматривали этот проект на общественном экспертном совете на предмет того, каков будет его вклад в бюджет края, социальный вклад, сколько будет создано рабочих мест и получит ли комплексное развитие территория, – говорит научный руководитель разработки программы социально-экономического развития Приморского края на 2013-2017 годы Александр АБРАМОВ. – Если мы говорим об НПЗ, все будет вполне неплохо. Будут созданы рабочие места с высокой зарплатой, но люди, которые займут их, должны обладать соответствующими компетенциями. Поэтому здесь обязательно создание образовательных кластеров, где будут представлены несколько уровней образования. Обучаться, переучиваться будут люди, которые проживают в этой зоне, потому что в этом случае издержки бизнеса будут минимальны. Это очень неплохой проект. Мы прогнозировали, что число новых рабочих мест будет около 45-50 тыс., но если говорить о модернизации рабочих мест, то их будет более 80 тыс. Это очень значительно для Приморья».

Цифры говорят сами за себя и рушат очередной сложившийся вокруг завода миф о том, что местных жителей не возьмут работать на предприятие. Возьмут, ведь больше брать людей неоткуда. Переманить с других предприятий даже 4 тыс. человек просто невозможно, что говорить о десятках тысяч.

Между тем образовательный кластер, о котором говорят эксперты, активно формируется в крае уже несколько лет. Нефтяники, совместно с краевыми и муниципальными органами власти, взаимодействуют по всем направлениям: открывают профильные «Роснефть-классы» для старшеклассников в Находке и Партизанском районе, современные лаборатории и новые направления подготовки в Дальневосточном федеральном университете, новые направления подготовки в филиале ДВФУ в Находке. А на базе Находкинского государственного гуманитарно-политехнического колледжа активно развивается Ресурсный центр ВНХК, где планируется обучать более чем по 20-ти рабочим специальностям.

«Мы делаем все, чтобы приморцы могли получить необходимое для работы на нашем предприятии образование, – говорит начальник отдела планирования и учета персонала ЗАО «ВНХК» Наталья ЧАПЛИНСКАЯ. – Школьники могут поступить в «Роснефть-классы» и пройти все ступени подготовки – школа-вуз-предприятие. Выпускники школ могут поступать на профильные направления высшего или среднего образования, люди взрослые, имеющие техническое образование, смогут пройти переподготовку и также работать на НПЗ. В этом плане мы работаем с Центром занятости Находки».

На предприятии не скрывают, часть высококвалифицированных специалистов пригласят из других регионов, запускать комплекс и управлять установками должны люди опытные. Но большую часть персонала комплекса составят местные жители, а в дальнейшем подготовка кадров будет планомерной и работать на НПЗ будут приморские нефтяники.

Несмотря на все очевидные плюсы развития нефтеперерабатывающего сектора, не все ратуют за эту отрасль. Противники проекта утверждают, что подъема экономики можно добиться развитием туризма, сельского хозяйства и рыбной промышленности.

Развивать данные отрасли, безусловно, нужно, но НПЗ этому может только способствовать. Ведь даже экологический туризм невозможен без вложений в инфраструктуру, а развитие сельского хозяйства, марикультуры и рыбной отрасли невозможно без масштабного рынка сбыта.

– По моему мнению, развитие такого крупного производства, как ВНХК, может послужить неким толчком к развитию сфер туризма и гостеприимства Находки, ведь речь идет о большом притоке людей. Необходим импульс для нашей застоявшейся экономики. Сейчас рынок в секторе гостеприимства практически мертв, конкуренции нет, рестораны и гостиницы за клиентов не борются. Турбазы также не стремятся повышать качество сервиса и развиваться. Надеюсь, вливание людей и финансов оживит этот сектор, – считает декан факультета бизнес-менеджмента и информационных технологий филиала ВГУЭС в Находке, ведущий преподаватель кафедры дизайна и сервиса, куратор направления подготовки «Туризм» Яна НАРУТА. – Кроме того, в Приморье необходимо развивать экологический туризм, возможно, руководители нефтяной компании будут вкладывать средства в это направление. За рубежом это частое явление, когда компании берут под свою опеку объекты культурного наследия, памятники природы.

Мы готовим много проектов по развитию этой сферы, но они все остаются на бумаге из-за недостатка финансирования. Производство же предполагает значительные налоговые поступления, которые также могут быть направлены на развитие туризма.

Аналогичная ситуация и с сельским хозяйством. Производство обеспечит постоянный рынок сбыта для местных фермеров. Ведь сначала строителей, а потом и работников комплекса необходимо кормить.

По предварительным подсчетам, только строители комплекса в год будут потреблять более 2 тыс. тонн молока и молочной продукции. Рабочим потребуется также почти 900 тонн картофеля в год, более тысячи тонн овощей и бахчевых, и свыше 1 300 тонн хлеба и макаронных изделий. С запуском производства объемы потребления не уменьшатся, ведь к работникам предприятия прибавятся их семьи.

Кроме того, производство даст фермерам еще одну возможность – развитие тепличных хозяйств с использованием энергии газовой ТЭС завода.

Иными словами, спрос на продукты послужит развитию предложения – созданию новых совхозов, ферм и тепличных хозяйств.

– Влияние строительства НПЗ на все сферы нашей жизни можно перечислять до бесконечности. Такое масштабное производство не может развиваться изолированно, оно неизбежно «подтягивает» за собой развитие абсолютно всех сфер, – считает начальник отдела главного технолога ЗАО «ВНХК» Наталья Гребенюкова. – Даже те направления, где предприятие не участвует напрямую, начинают развиваться в соответствии с законами рынка. Большой приток населения рождает новые запросы, людям необходимо учиться, питаться, отдыхать и заниматься спортом, покупать товары и так далее. То есть речь идет о комплексном развитии сферы услуг, здесь как раз может проявить себя в полной мере малый бизнес.

Http://vladivostok-news. net/economy/2014/06/24/29872.html

«Нефть России», 19.12.13, Москва, 08:53 В Амурской области может быть построен нефтеперерабатывающий завод, чьи проектные показатели сравнимы с действующими на Дальнем Востоке НПЗ «Альянса» и «Роснефти».

Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № 77-6928

Зарегистрирован Министерством РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовой коммуникаций 23 апреля 2003 г.

Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-51544

Перерегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций 2 ноября 2012 г.

При цитировании или ином использовании любых материалов ссылка на портал «Нефть России» (http://www. oilru. com/) обязательна.

Точка зрения авторов, статьи которых публикуются на портале oilru. com, может не совпадать с мнением редакции.

«Нефть России», 19.12.13, Москва, 08:53 В Амурской области может быть построен нефтеперерабатывающий завод, чьи проектные показатели сравнимы с действующими на Дальнем Востоке НПЗ «Альянса» и «Роснефти».

Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № 77-6928

Зарегистрирован Министерством РФ по делам печати, телерадиовещания и средств массовой коммуникаций 23 апреля 2003 г.

Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-33815

Перерегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций 24 октября 2008 г.

Http://www. oilru. com/news/390974

Хабаровск, 28 мая 2013, 07:15 — REGNUM Три новых нефтеперерабатывающих завода может быть построено на Дальнем Востоке. Как сообщает корреспондент ИА REGNUM, министр РФ по развитию Дальнего Востока, полномочный представитель президента в Дальневосточном федеральном округе Виктор Ишаев заявил журналистам, что проблема дефицита топлива может быть решена за счет строительства дополнительных нефтеперерабатывающих предприятий. “Дальнему Востоку необходимо еще три нефтеперерабатывающих предприятия”, – сказал полпред. Он отметил, что сейчас в регионе два крупных нефтеперерабатывающих завода – в Комсомольске-на-Амуре и в Хабаровске, которые производят 12 млн тонн нефтепродуктов, а потребляется в округе 35 млн тонн. “Недостающее топливо приходится завозить”, – сказал он.

Ишаев прокомментировал предложение Федеральной антимонопольной службы (ФАС) решить проблему дефицита топлива на Дальнем Востоке с помощью поставок бензина из Южной Кореи, где, по мнению ведомства, имеются избыточные мощности по его производству. “Своеобразная экономическая схема. Ведь Южная Корея не добывает нефть, а покупает ее у нас”, – отметил он, подчеркнув, что один из действенных механизмов насыщения регионального рынка бензином – создание конкурентной среды в рамках Дальневосточного нефтегазового кластера.

“Необходимость координации деятельности по его созданию будет обсуждаться на коллегии Минвостокразвития России 28 мая в Южно-Сахалинске. Особенно остро стоят вопросы выработки единой программы развития нефтегазовой отрасли на Дальнем Востоке, создания соответствующей научной базы и подготовки кадров”, – подытожил Ишаев.

Эл № ФС77-55029 от 14 августа 2013 года, выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор),

ИА № ФС77-51367 от 23 ноября 2012 года, выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор).

Использование материалов ИА REGNUM в коммерческих целях без письменного разрешения агентства не допускается.

Http://regnum. ru/news/1663872.html

Добавить комментарий